Анастасия Барашкова (Ионина): о премьере спектакля «Улика», благотворительности и балансе между ролями

Расскажите, как вы оказались в актёрском составе спектакля «Улика»? Что вас привлекло в проекте?

В актерский состав спектакля меня пригласила подруга — Александра Серова. Для меня это стало интересным творческим вызовом: я давно мечтала получить опыт игры на театральной сцене. Кроме того, меня сразу зацепила атмосфера проекта — замечательный коллектив, талантливые партнеры и необычная задумка. Всё это вместе создало ощущение, что это именно тот опыт, который мне нужен. Особенно интригует, что постановка создана по мотивам культового фильма Clue («Улика») — это добавляет проекту особый шарм.

Насколько, на ваш взгляд, удалось сохранить дух оригинала при адаптации для театральной сцены?

Я предпочитаю не давать однозначных оценок — лучше приходите и посмотрите сами! На мой взгляд, нам удалось не просто перенести историю на сцену, но и добавить в нее свое, особенное. Думаю, в театральной версии получилось даже веселее и динамичнее — мы привнесли в постановку свежий взгляд и энергию живого исполнения. При этом ключевые элементы оригинала — интрига, юмор и неожиданные повороты — безусловно, сохранены.

В описании спектакля говорится, что здесь «нет четвертой стены» и «нет заранее известных ответов». Как это отражается на вашей актерской работе? Приходится ли импровизировать?

Несмотря на заявленную интерактивность, наша работа строго выстроена по режиссерскому замыслу. Каждая реплика, каждый жест выверены и отрепетированы до мелочей. Даже моменты, которые могут показаться спонтанными, — часть продуманной постановки. Например, если зритель замечает, что кто‑то из актеров «запнулся», это тоже специально спланированный элемент. Импровизации в классическом понимании нет — всё подчинено общему художественному решению. Однако эта кажущаяся спонтанность создает у зрителя ощущение непосредственного участия в действии, что и составляет уникальность спектакля.

Какой аспект постановки вам кажется самым захватывающим — детективная интрига, психологическая глубина персонажей или интерактивность взаимодействия со зрителем?

Для меня самое ценное в этом спектакле — живое взаимодействие с партнерами по сцене. Театр уникален тем, что каждый спектакль неповторим: энергия зала, реакция зрителей, даже дыхание коллег — всё влияет на происходящее. Именно это взаимное вдохновение, этот диалог без слов между актерами и создает ту особую магию, ради которой стоит выходить на сцену. При этом детективная интрига держит в напряжении до последнего момента, а интерактивность позволяет зрителям стать соучастниками расследования — всё это вместе делает постановку по‑настоящему захватывающей.

Ваш фонд проводит разноплановые благотворительные мероприятия — от концертов классической музыки до хоккейных турниров. Как вы выбираете форматы событий?

Мы руководствуемся четкими направлениями деятельности фонда. Каждый формат мероприятия тщательно продумывается: он должен не только привлекать внимание к нашим проектам, но и быть органичным для аудитории. Например, концерт классической музыки позволяет собрать ценителей искусства, а хоккейный турнир — объединить любителей спорта. Важно, чтобы событие не просто собирало средства, но и создавало сообщество единомышленников. 25 марта нас ждет особенный вечер в «Геликон‑опере» — приглашаем всех присоединиться и поддержать наши инициативы!

Средства от спектакля пойдут на поддержку фонда «Жизнь как чудо». Можете рассказать, какие конкретным программам или подопечным он помогает?

Более детально о программах фонда могут рассказать его попечители, но я знаю, что одно из ключевых направлений — помощь детям с заболеваниями печени. Это сложная и важная работа, требующая постоянного внимания и ресурсов. Каждый рубль, направленный на эти цели, идет на реальную поддержку маленьких пациентов и их семей — на лечение, реабилитацию, покупку необходимых препаратов. Для нас принципиально важно, чтобы помощь была адресной и эффективной.

Есть ли у вас «история успеха» — случай, когда помощь фонда кардинально изменила чью‑то жизнь? Поделитесь, если готовы.

Мы сознательно не фокусируемся на сборе ярких «историй успеха». Для нас важно, что даже небольшая, на первый взгляд, поддержка может стать переломной для человека. Иногда простое внимание, вовремя оказанная помощь или слово поддержки меняют жизнь больше, чем масштабные акции. Каждая история уникальна, и каждая имеет значение — именно в этом мы видим суть благотворительности. Помню случай, когда благодаря совместным усилиям нам удалось организовать срочную консультацию для ребенка — это дало семье надежду и четкое понимание дальнейших действий. Такие моменты бесценны.

Вы совмещаете роль учредителя фонда, актрисы, телеведущей и, вероятно, множество других ролей. Как удается сохранять энергию и не выгорать? Есть ли у вас личный ритуал восстановления?

Когда дело по‑настоящему любишь, оно само даёт силы и вдохновение. Конечно, бывают моменты, когда организационные вопросы выматывают, но именно любовь к своему делу помогает преодолевать усталость. Для восстановления я выбираю то, что наполняет меня изнутри: побыть наедине с собой, принять ванну с морской солью, поиграть на музыкальном инструменте. Иногда достаточно просто прогуляться в парке или почитать любимую книгу. Эти простые ритуалы возвращают баланс и позволяют с новыми силами браться за следующие проекты. Главное — не забывать делать паузы и прислушиваться к себе.

Участие в «Ледниковом периоде» требовало спортивной выносливости, а театр — эмоциональной отдачи. Что из этого оказалось для вас сложнее и почему?

Оба опыта по‑своему сложны и увлекательны. В «Ледниковом периоде» нагрузка была преимущественно физической: ежедневные тренировки, освоение новых навыков, работа с партнёром на льду. Нужно было постоянно преодолевать себя, учиться держать равновесие и выполнять сложные элементы. В театре же требуется постоянная эмоциона preparedness, умение проживать разные состояния, держать напряжение спектакля, мгновенно переключаться между эмоциями. Пожалуй, «Ледниковый период» оказался сложнее — и физически, и эмоционально. Это был настоящий вызов, но именно такие испытания делают нас сильнее и открывают новые грани собственных возможностей.

Если бы у вас была возможность пригласить на благотворительный вечер любого человека (из мира искусства, спорта, бизнеса), кто бы это был и почему?

Я бы выбрала не конкретных знаменитостей, а единомышленников — людей, которые искренне верят в то, что делают, и готовы делиться своей энергией с другими. Неважно, в какой сфере они реализуются: в искусстве, спорте или бизнесе. Главное — чтобы это были творческие, неравнодушные люди, способные вдохновлять и поддерживать. Именно такие личности создают настоящую атмосферу благотворительности. Если говорить о конкретных именах, то мне было бы интересно пообщаться с теми, кто уже активно занимается благотворительностью и может поделиться своим опытом — например, с организаторами крупных фондов или социальными предпринимателями.

Какие планы у фонда «Наша Сила Веры» на ближайший год? Ждать ли новых необычных форматов мероприятий?

Уже 25 марта состоится наш большой концерт в «Геликон‑опере» — это важное событие, которое мы долго готовили. В планах — продолжение работы по нашим ключевым направлениям, расширение географии помощи и привлечение новых партнеров. Мы постоянно ищем новые форматы, которые помогут привлечь внимание к нашим проектам и вовлечь больше людей в благотворительность. Например, рассматриваем возможность проведения интерактивных мероприятий, где гости смогут не просто пожертвовать средства, но и лично поучаствовать в создании чего‑то полезного. Чтобы быть в курсе всех новостей, рекомендую следить за обновлениями на сайте фонда — там мы публикуем самую актуальную информацию о предстоящих мероприятиях и инициативах.