Анна Хилькевич: «У нас всё по-доброму, как у героев кино»

Но во время разговора выяснилось: свой брак Аня и Артур зарегистрировали еще 22 июля! А 7 августа — это день торжества. «Мы подумывали не делать свадьбу, — говорят молодожены. — Но наши близкие должны были ее увидеть».

Не страшно было штамп в паспорте ставить? Говорят, после этого жизнь с ног на голову…

Анна: Мы решили не задумываться. Даже регистрация у нас была не торжественная.

Артур: Мы ничего не успевали, поэтому пришлось всё сделать быстро и без шума. Не объяснить словами, но мы почувствовали, будто что-то в этом было.

То есть вы просто приехали и поставили штамп?!

Артур: Да. В майках, джинсах. Даже родителей и друзей на регистрации не было. Девочка-регистратор поняла, что мы хотим тихо-мирно, чтобы нас никто не увидел. Все туда такие красивые приходят, волнуются, а мы сидим и думаем: ну давайте уже быстрее, поставим и разойдемся, очень хочется домой… Мы во всем искали плюсы: не получилось расписаться в день свадьбы — зато мы его себе разгрузили.

Аня: Мы стараемся не акцентировать внимание на моментах, которые могут вывести из равновесия. Пытаемся сделать нашу жизнь максимально комфортной.

Видимо, вы и о церемонии не особо печетесь. Не похожи вы на людей, которые сильно заняты подготовкой к свадьбе, — сидите преспокойные.

Аня: Мы и готовиться-то начали буквально две недели назад. Задумали мероприятие давно, в прошлом году еще, но всё как-то откладывали. В нашей жизни много других важных вещей, которые требуют внимания. Платье я вообще купила на днях, с третьей примерки.

Сколько гостей позвали?

Аня: Шестьдесят-семьдесят человек. Это всё друзья и близкие люди. Так получается, что к нам идут все — нет тех, у кого другие дела. Обычно процентов двадцать-тридцать людей прийти на свадьбу не могут.

Артур: А тут как назло все могут. (Дружный смех.)

Аня: Все могут, все помнят. Никто не забыт, ничто не забыто. Мы решили, что это слоган нашего праздника.

Артур: А о чем это говорит? Значит, мы с Аней хорошие люди.

Аня: Вообще мы несколько раз порывались отказаться от мероприятия. Потому что у нас и так уже всё понятно. А к празднику мы относимся спокойно. Но мы поняли — что? (Смотрит на мужа вопросительно.)

Артур: Мы поняли, что близкие люди должны побывать на нашем торжестве.

Аня: Чтобы начали воспринимать нас как единое целое.

После свадьбы — в путешествие?

Артур: Хотели, но ничего не готово. Даже если поездка сорвется, мы не расстроимся. К этой жизни надо подходить с улыбкой, и тогда она в ответ улыбнется тебе.

Аня: Жизнь нас испытывает. В загсе у нас тоже история была: мы же всё откладывали и откладывали подачу заявления. А оказалось, что даже если заявление подал, то ждать придется от месяца до трех — очередь.

Артур: Ну а мы по загсам обычно не ходим. Подумали: просто приходишь и расписываешься, ну что там еще надо?

Аня: А оказалось, все хотят жениться. Мест нет. Мы изначально собирались просто расписаться, торжества не хотели. Приходим — нас отшивают: «Ребята, седьмое августа? Смешно. Вы не одни такие». Я со слезами выходила из загса.

Как же всё разрешилось?

Аня: Пришлось брать хитростью.

Артур: Другой загс, другие связи.

Скажите, сколько времени вам понадобилось, чтобы прийти к решению пожениться?

Аня: Мы вместе два года, и я ему как-то намекала. По-моему, Артур, я хотела, чтобы ты сделал предложение в мой день рождения.

Артур: А я делал вид, что намеков не понимаю, потому что люблю всё делать сам. Чтобы потом не выглядело так: намекали тебе, намекали — и ты вроде как поэтому и сделал.

Аня: В общем, это был прекрасный день. Один из самых прекрасных в моей жизни. Мы были на Мальдивах. Я утром проснулась — всё красиво: завтрак, шампанское. И Артур открывает коробочку, а там колечко. Через десять минут после того, как Артур предложил мне руку и сердце, прилетел аист и сел на крышу нашего домика. Это было очень символично. И я подумала: да, всё правильно, так и должно быть. Я хотела заплакать, а потом думаю: ну чего я буду плакать? не надо как в кино, надо как у нас.

Артур: И плакать мы не любим, мы любим улыбаться.

А как это происходило с твоей стороны, Артур? Ты же первый раз предложение делал.

Артур: Да, но мне уже не двадцать лет. Я как-то сознательно подошел к вопросу. У нас с первого дня всё было очень красиво, по-доброму. Как у мужчины с женщиной в фильмах бывает. И всё плавно подошло к предложению, поэтому обошлось без нервов. Были мелкие сложности: цветов на Мальдивах не достать, например. Надо было всё организовать, а с моим английским… Я его уже подтянул, если что. Думаю, каждый мужчина должен пережить момент, когда его возлюбленная открывает коробочку с кольцом. Это те самые эмоции, ради которых хочется жить.

И у тебя никогда не возникало мысли, что какие-то Анины эмоции — это ее актерская игра?

Артур: Кстати, интересный вопрос! (Смотрит на жену с показным сомнением.) Я неплохо чувствую людей. В нормальной жизни — нет, она не играет. Но моменты, когда мы ссоримся, настолько между собой похожи, что иногда думаю, будто это все-таки игра. И всегда говорю: «Ну актриса!»

Аня: Я в жизни никогда не играю.

Надеюсь, следующий вопрос никого не обидит. Ты, Аня, уже была замужем. Удалось ли тебе войти в новые отношения без старого чемодана?

Аня: Я считаю, что все предыдущие отношения что-то дают. Они помогают увидеть ошибки, признать их и сделать работу над ними. И новые отношения у тебя уже как бы со стертой памятью, но с выученными уроками.

Принято. Артур, твоя жизнь по инерции стала публичной, как и у Ани. Как ты себя ощущаешь?

Артур: (Пожимает плечами.) На мероприятия она обычно без меня не ходит. Я только фотографироваться не люблю, но Ане это нужно.

Аня: Я всегда прошу его меня поддержать, не хочу ходить одна.

Артур: А так я спокойно отпускаю Анюту куда-либо. Если у людей нет доверия друг к другу, то у таких отношений чаще всего нет развития. Доверие — одна из составляющих крепкой семьи.

И никакой ревности?

Аня: Я ревнивая. У меня все в семье ревнивые: и мама, и папа.

Артур: Это передается по наследству.

Аня: Видимо, да. Я работаю над собой: у психологов спрашиваю, прохожу всякие программы. (Обращается к мужу.) Скажи, есть прогресс?

Артур: Стало лучше. Я тоже работаю над этим.

Аня: Без твоей помощи я бы не справилась. Я благодарна Артуру за то, что он не дает мне поводов.

Знаю, что вас связывают не только личные отношения, но и деловые. Расскажите подробнее — у вас общий бизнес?

Аня: Нас объединяет музыка, плюс мы пытаемся поставить на ноги свое дело.

Артур: Это ты про магазин? Да, мы решили, что будем работать в разных направлениях, и захватили то, в чем оба могли бы воплощать свои идеи в жизнь.

Аня: Сначала мы не могли понять как. Были какие-то острые углы. Мы писали дома бизнес-планы.

Артур: Никто из нас раньше этим не занимался. Но мы справились. Тут важны сила воли, желание.

Подождите, про Артура все пишут, что он бизнесмен.

Артур: Это любимое клише у всех. Никто же не напишет: «Анна Хилькевич встречается с сапожником». Хотя сапожник тоже бизнесмен. Поэтому профессию никто не называет.

Аня: Он индивидуальный предприниматель.

Артур: ИП «Артур». (Смеется.)

Кроме прочего, видела фото, на котором Артур за пультом. Но диджей-то Аня. Ваши отношения уже вышли на уровень взаимозаменяемости?

Аня: Поначалу все думали, что Артур диджей, а я как бы рядом танцую.

Артур: Просто когда Анюте нужна помощь, я всегда рядом, даже если нужно подменить ее за пультом, хотя я от этого далек.

Аня: Для меня диджейство раньше было хобби. Потом уже это переросло… в полноценное хобби. (Смеется.) Эта часть работы отнимает очень много времени и приносит достаточное количество денег. И вообще это такая отдушина.

Эта любовь пока ограничивается только работой за пультом? Ты не поешь?

Аня: Не хочется разбрасываться на ерунду. Если уж петь, то что-то качественное, красивое.

Артур: Ей много всего предлагают, но хорошего не присылают. Поэтому как домашний продюсер Ани заявляю: посмотрим.

Аня, принимает ли Артур участие в выборе проектов для тебя?

Аня: Если у меня есть какие-то сомнения, то конечно, я же с ним всем делюсь, но при этом сама понимаю, что мне нужно. Периодически мы отказываемся от того, что, скажем, может испортить мне репутацию.

Артур: Она говорит про вещи, которые могут испортить не только ее репутацию, но и репутацию ее мужа. (Дружный смех.)

Так, любопытно, вот вы всё время после своего ответа тут же друг на друга смотрите с немым вопросом: мол, правильно ли я говорю?

Артур: Нет, немой вопрос звучит по-другому: «Ты думаешь так же, как и я? Если по-другому, скажи». Это потому, что давать интервью — особая история. Раньше мы вместе этого не делали, только по одному. Поэтому хотим понимать, что можно говорить, а что нет. Мы работаем в команде и всем советуем делать так же.

Аня: Мы подстраиваемся друг под друга. В самом начале это было непросто. У нас были все этапы притирки — бывало, ругались часто и сильно…

Если не секрет, из-за чего ссорились?

Аня: Ой, ерунда какая-то.

Артур: Например, из-за того, о чем Аня только что рассказывала: ревность, другие мелочи — всё как у всех. Серьезные вопросы у нас обсуждаются на более высоком уровне.

Фотография: Максим Кашин

Это как?

Артур: Это когда все родственники приезжают. (Дружный смех.) Мы с Аней садимся и обсуждаем. Серьезный вопрос должен быть решен, иначе вопросы будут только накапливаться.

Кстати, какие отношения у вас сложились с родственниками друг друга?

Артур: У Ани с моими — отличные! Моя мама ее очень любит. Я до этого с семьей никого не знакомил.

Аня: Я даже иногда сама говорю: «Поехали к твоей маме». Она живет рядышком, поэтому мы достаточно часто ее видим. Мои далеко, и приезжают они сюда раз в два-три месяца.

Артур: Хорошую девочку принять просто. Она пришла, улыбнулась, помогла приготовить — и всё, контакт налажен. А мальчику родители отдают свой цветочек, им нужно время, чтобы понять, в какие руки она попадет. Тем более Аня в семье младшенькая.

Аня: Мои родители немного консервативные. Сестра далеко, брат далеко — всех раскидало, я одна рядом с ними оставалась.

Отец невесты, наверное, провел с женихом мужскую беседу с глазу на глаз.

Артур: Обожаю эти разговоры! Мне помогает то, что я спортсмен, так что пока натиск выдерживаю. (Улыбается.)

Аня: У меня папа военнослужащий, бизнесмен из Питера, сейчас уже на пенсии. Такое у нас было «знакомство с Факерами», как в известном фильме. На самом деле родители ожидали, что у нас всё серьезно. Потому что в тот период, когда мы встречались, я прибегала домой в шесть утра, а они как раз были в Москве. И чувствовали, что я влюбилась. Они очень боялись, что я буду отдаляться от них.

Артур: Я им объяснил, что Анечке нужно сильное мужское плечо, и именно я буду ее оберегать. Ведь ее родители живут не в Москве. Наши с Аней отношения развивались стремительно, учитывая, что первые три недели мы даже не целовались. Просто эмоционально стали близки друг другу очень скоро. Родители не успели к этому привыкнуть.

Вернусь к вопросу о компромиссах. В бытовом плане вы тоже работаете в команде?

Артур: Все мужские обязанности — мне, все красивые — девочке.

Аня: Ну нет, получается, что я только красивым занимаюсь.

Артур: На самом деле разграничений обязанностей нет никаких: кто успел, тот и сделал.

Аня: Я хозяйственная и хорошо готовлю.

Артур: А я не привередливый — люблю всё простое, поэтому иногда говорю ей: «Анечка, сбавь обороты». Моя любимая еда — макароны и сосиски. Но Анечка очень вкусно готовит. Правда, после этого ощущение, что по кухне ураган пронесся или там жертвоприношение совершили.

Аня: Ты тоже один раз готовил.

Артур: Обычно не готовлю, хотя и могу сделать, например, шарлотку. Говорят, мужчины вкусно готовят, но мне не хватает терпения.

Какие-то семейные ритуалы у вас уже сложились?

Артур: Да! У нас есть карточки, их штук двадцать пять, на каждой написано задание-пожелание — например, «выходные проводим по моему плану» или «сегодня идем на шопинг». И по утрам то я, то Аня одну карточку друг другу вручаем. И ты не можешь сказать нет. Мы их купили на День святого Валентина, они очень милые.

А о детях уже думаете?

(Переглядываются.)

Аня: Ну конечно! Как Бог даст, так и будет.

Артур: Сложно планировать такие вещи. Захочешь через год, а боженька даст через два или четыре. А может, завтра даст. Но мне хочется, и мы к этому идем.

Фотография: Максим Кашин

Как думаешь, каким ты будешь папой?

Артур: Я люблю детей и буду любящим папашей. И строгим.

Мне кажется, дочь будет вить из Артура веревки.

Аня: И мне так кажется. А если у нас будет сын и спустя годы он начнет встречаться с девочкой, а она окажется какой-то нечестной по отношению к нему, то я даже не знаю, что с ней сделаю.

Артур: (Смотрит на жену.) Ого, как ты наперед думаешь! Это же лет двадцать… На самом деле я часто думаю о том, что воспитание детей — это очень сложная штука, и низкий поклон нашим родителям за то, как они нас воспитали. Мы с Аней слушаем друг друга и, если нужно, ищем компромисс. Семья, отношения в семье — это огромная работа…

Аня: Мужчины редко это понимают.

Артур: …и очень приятная работа. Семья — это команда. И наши дети будут работать на нашу команду. (Смеются.)