Алина Алексеева: «Когда я начала танцевать бурлеск и работать фетиш-моделью, в России почти никто этим не занимался»

23 ноября на канале СТС состоится премьера нового сериала «Родком». С исполнительницей одной из главных ролей Алиной Алексеевой мы поговорили о том, почему раньше она не любила детей и что изменилось после съемок сериала, о работе фетиш-моделью, бурлеске, а также о том, кто такая Алина Сталина.

Алина Алексеева

В сериале СТС «Родком» вы играете беременную мамочку из родительского комитета. Как вам «костюм» в виде накладного живота? Было комфортно?

Наша история достаточно спрессована по времени, а моя героиня на позднем сроке, поэтому широкого ассортимента животов у меня не было. Мне как дали один, так я с ним все съёмки и проходила. (Улыбается.) Кстати, я никогда не играла беременную, тем более на таком позднем сроке. Моя коллега рассказывала, что в другом проекте снималась с силиконовым животом, который по весу реально напоминает вес ребёнка. Когда женщина беременеет, животик растёт постепенно, крепнут мышцы. А на нее сразу надели тяжёлый силиконовый живот, он очень помогал походке, но весил немало. Организм не успел адаптироваться, и к концу проекта она сорвала спину. В моём случае я рада, что мне достался не силиконовый живот, а тканевый. Удивительно, когда надевала накладной живот, тут же начинала его ощущать, как свой собственный.

Наблюдали ли вы за беременными: как они ходят, как садятся?

Мне в этом плане очень помог костюм: с такими формами просто невозможно было двигаться по-прежнему. А ещё интересный факт: на днях в другом проекте приезжаю на примерку, а костюмеры снова достают живот. (Улыбается.)

Может это знак?

Может. Ничего против детей не имею. Уже не имею, хотя раньше с трудом их терпела.

Почему?

Мне не нравится повсеместное женское притворство, что «дети — это так мило», «все женщины — потенциальные мамы». Только есть девушки, которые не любят детей, и это нормально. Люди разные. Меня саму раньше дети раздражали: носятся, орут постоянно. И только в проекте СТС я поближе познакомилась с ними. Для меня это было великолепное открытие, я совсем не ожидала. На съёмках дети меня просто облепили, как обезьянки из советского мультика. И не отходили, несмотря на то, что я просила их оставить меня в покое, так что постепенно я к ним привыкла. Возможно, изначально неприязнь была обусловлена страхом: не любишь то, чего не знаешь, чего боишься. И ещё мне не нравится, что взрослые сюсюкаются с детьми, делают большую скидку на возраст. На площадке я встретила двенадцатилетних ребят, это уже личности, поэтому вела себя с ними как со взрослыми.

А каким ребёнком были вы?

Мне очень не нравились правила, смысла которых я не понимала, а мне их не объясняли. Это похоже на то, когда я вижу родителей, которые говорят: «Нельзя!» Ребёнок интересуется «Почему?», а родитель отвечает: «Потому что я так сказал». Это сопровождало всё моё детство. С мамой были прекрасные отношения, но школа и последующие подобные организации поражали бессмысленными традициями. Сначала я задавалась вопросом, но ответа не получала, и мне приходилось бастовать. Я поэтому в поисках подходящего места пять раз меняла школы и, в конце концов, отчаявшись, окончила обучение экстерном в четырнадцать лет.

А какие предметы любили?

ИЗО, английский язык и литературу. А вот с точными науками было всё не очень круто, и физкультуру я терпеть не могла. Я хорошистка, но мне было совершенно всё равно, какой у меня будет аттестат.

Мама, наверное, переживала?

Да, и она всегда была моей лучшей подругой. С самого начала ей удалось выстроить настолько доверительное общение между нами, что я всегда могла обосновать свою позицию, она — свою, и мы приходили к компромиссу. У меня никогда не было от неё секретов. По всем вопросам я приходила в первую очередь к ней, потому что мама всегда меня понимала и поддерживала.

У вас есть диплом по специальности «Предпринимательство в культуре». Как это пригодилось в жизни?

Актёрство не единственное, чем я занималась. Я всегда старалась не останавливаться на чём-то одном. Когда я только стала студенткой, открыла магазин винтажной одежды, он существовал восемь лет. Предпринимательство мне давалось, магазин, в принципе, даже до сих пор мог бы существовать, потому что винтаж всегда актуален. Сейчас просто нет времени этим заниматься, поэтому у меня всё красиво упаковано и отложено на складе.

Кроме этого, у вас были другие институты и специальности?

После я училась на режиссёра, работала сценаристом два года в известной кинокомпании. Потом мы с моим молодым человеком открыли доставку еды и два кафе. Параллельно с ресторанным бизнесом началась актёрская работа. И она продолжается уже несколько лет, поэтому страшновато. Я столько всего успела перепробовать. А дальше-то как? Ведь когда на чём-то «застреваешь», становится страшно, что не сможешь сдвинуться с места. Я очень люблю свою работу, просто я уверена, что для того, чтобы оставаться «на плаву», нужно быть мобильным и готовым к быстрым переменам.

А почему решили стать фетиш-моделью?

Наверно, таким образом я хотела получить признание, любовь альтернативную — зрительскую. Когда я начала танцевать бурлеск и работать фетиш-моделью, в России почти никто этим не занимался. И после первых удачных съёмок и последовавшего за этим успеха я подумала, что было бы здорово направить свои стопы на Запад. Я решила использовать русский стиль, что-то взять из советского. У меня были выступления с кокошниками стилизованными: из проволоки, с вплетёнными косами и нитями бисера. Очень стильные, я тогда вдохновлялась показом Лагерфельда. Был номер с царь-пушкой, которая стреляла конфетти, мы готовили к выпуску гигантскую матрёшку, из которой я должна была выбираться. Но потом я попала в кино, и мы не успели этот номер сделать. Я заявляла себя как русская принцесса, фетиш-принцесса.

С актрисами Екатериной Кузнецовой и Галиной Безрук

А как появилась Алина Сталина?

У моих предков была фамилия — Сталинские. Но когда Сталин пришёл к власти, пришлось изменить фамилию. И когда я стала фетиш-моделью, долго думала, с каким именем нужно выходить на Запад. Нужно было что-то с чётким отсылом к России и резкое, агрессивное. В какой-то момент вспомнила прежнюю семейную фамилию, откинула её окончание и стала Алиной Сталиной. Под этим именем меня знают очень много людей и до сих пор иногда называют так.

Так же вы зовётесь и в инстаграме. Помогают ли соцсети строить карьеру?

Очень! Я помню, как год назад выкладывала фотографии из Таиланда. Меня ранее пригласили на роль такой хозяюшки и «уютной» женщины, а потом, увидев тайские фотографии, решили дать мне совершенно другого персонажа. Конечно, продюсеры и так бы меня увидели очно на кастинге, но инстаграм ускорил процесс. И это суперудобно: зашёл в соцсеть актёра, увидел, как он выглядит сегодня, и не надо запрашивать свежих снимков.

Много ли актёров среди ваших друзей?

У меня практически нет друзей-актёров.

А какие люди рядом с вами? Что цените в них?

На первом месте — интеллект, на втором — способность и желание расти и развиваться. Это очень важно, потому что мы все друг друга постоянно «подтягиваем». И конечно же, чувство юмора. А вот самовлюблённым рядом со мной точно не место - этого у меня и у самой достаточно. (Смеётся.)