Милана Тюльпанова и Мария Погребняк: Энергия и классные идеи

Блогерство давно стало неотъемлемой частью жизни многих известных людей. Это тоже работа: без ведения соцсетей уже никуда. Чтобы поговорить с Миланой Тюльпановой и Марией Погребняк, нам пришлось назначить встречу в самый «сводобный» момент их обычного дня — у девушек была пара часов на шопинг и чашку кофе.

Анна Макаревич Мария Погребняк и Милана Тюльпанова

Вы вообще часто видитесь?

Милана: Каждый день практически. 

Для этого нужен какой-нибудь повод?

Милана: У нас всегда поводы находятся сами собой.

Мария: В последнее время  мы встречаемся на тему общих проектов. Например, как сейчас: у нас случился социальный проект-эксперимент — мы преобразили бомжа, дали ему новую жизнь. Он реально устроился на работу сторожем в магазин «Магнит», мы ему помогли,  получает в день 1800 рублей. Пока мы снимаем ему комнату, дальше он будет сам снимать.

Неплохой проект как шоу, но вы не сомневались в успехе? Это же реальный бомж, не актер.

Мария: Этот человек пил 15 лет. Сомневались все, кроме нас. Моя мама на нашу идею сказала: «Маша, ты понимаешь, что бомж — это образ жизни? Их устраивает бомжевать — невозможно что-либо изменить». Я говорю: «Мам, у нас какой-то нетипичный бомж. Он сказал, что мы, как два ангела, спустились с небес, чтобы ему помочь. «Я от такого шанса не откажусь и вас, дочи, не подведу. (Это он нас называет доченьками, как родных.) Самое главное — дедушку не бросайте». Мой муж на меня смотрел и говорил: «Что ты делаешь? Это бомж. Он алкоголик. Что ты хочешь? Ты хочешь изменить его за неделю?» А я и Милана — мы упертые: можно человека и за день изменить, если постараться. Все сказали, что он не закодируется, что у нас ничего не получится и работать он не будет. Работает. Причем без нашего уже участия.

Милана: Да, он сам. Он сам взял жизнь в свои руки. По сути, его нужно было немножко подтолкнуть. Поверить в него надо было.

Милана: Конечно. 

Мария: В него никто не верил, это правда. 

Милана: Мы отмыли, одели, подстригли, сделали ему зубы — и всё это за неделю до начала проекта.

Мария: И закодировали.

Это самое главное. 

Милана: Да, но в кодировании есть один серьезный момент — провокация. Человека пугают, что если он выпьет теперь, то чуть ли не умрет. И вот наш Александр в реанимации, ему дают понюхать спирт, он отключается и не дышит.

Мария: Я впервые такое увидела. Я смотрю на него, на его пульс — пульса нет, у него открыт рот, открыты глаза, и человек будто умирает. Я думаю, какие будут заголовки на следующий день в прессе: «Погребняк и Тюльпанова убили бомжа».

Милана: Но он потом пришел в себя. Как это было? Несколько минут он пролежал без сознания, приходит в себя, мы его спрашиваем про самочувствие, а он такой: «Да всё хорошо». (Смеется.) Он не дышал, был в отключке —  и тут: «Да всё нормально». Мы больше, чем он, перепугались. 

Как можно стать героем проекта? Вы сами их придумываете?

Мария: Следующим гостем у нас планируется мама, которая сидит в декрете, ей негде жить, она не знает, как найти работу, с кем оставлять ребенка. У нее нет жилья, муж отказался от нее, когда узнал, что она беременна. Мы хотим взять именно эту историю. Потом мы хотим взять детей несовершеннолетних, которые живут на улице. Мы с помощью истории с Александром нашли очень много хороших людей, компании, которые готовы и устроить на работу, и обучать бесплатно востребованным профессиям. Мы все сейчас сидим в режиме онлайн, поэтому эсэмэмщики, копирайтеры, контент-менеджеры, таргетологи требуются везде и всюду. Этому можно обучиться, причем месяца за два, и зарабатывать хорошие деньги. 

Милана: Честно скажем, мы не планировали, что этот социальный проект настолько растянется — у нас четыре серии про одного персонажа. Но еще не   было ни одного негативного отзыва — люди в основном положительно восприняли эксперимент. Как Маша говорит, очень много людей откликнулось. 

Мария: Чем-то подобным мы и до этого занимались, у нас был женский клуб — это было такое сообщество, где мы объединяли единомышленников. Например, девушка приехала из другого города, она никого не знает — она могла прийти к нам в клуб и найти друзей-парнеров. У нас в клубе были такие истории, что девочки знакомились и открывали совместный бизнес: кто-то делал ресницы, кто-то — ногти, вот они объединились и открыли салон красоты. Три девочки сдружились и занимаются сейчас общественной деятельностью, помогают детям-сиротам. Вообще, наше знакомство и началось с женского клуба «36». Потом, во время пандемии, к сожалению, пришлось отменить наши встречи, мы не смогли собираться. Зато занялись благотворительностью и помогали деткам, ездили в детские дома. А сейчас хочется помогать уже глобально, тем более есть связи, есть ресурсы, чтобы как-то менять жизни людей.

Существует мнение, что с определенного возраста дружить уже сложно. Мне кажется, когда ты достаточно хорошо знаешь себя и четко представляешь, кто тебе нужен, то гораздо проще найти какие-то связи и сдружиться. Можно сказать, что вы сдружились? 

Милана: Конечно! (Смеется.) На самом деле мне кажется, что мы с Машей схожи тем, что обе очень деятельные. Думаю, на фоне других жен футболистов нас отличает то, что у нас всегда была большая потребность в самореализации в первую очередь. И вот теперь если заканчивается один проект, то у нас нет такого, что мы сидим и скорбим из-за него, — мы садимся и думаем, что можно сейчас сделать еще нового, в чем мы можем себя реализовать, и мы берем и делаем это. 

Мария: Это правда, мы не боимся начинать новые проекты. Мы готовы к экспериментам. У нас еще был опыт, когда мы открыли TikTok-хаус PopStar. Сейчас в нем самый известный лидер блогинга — Кирилл Колесников, у него 30 миллионов. Он блогер №1 у тиктокеров. Он уже печатался в Forbes, номинирован на «Человека года». Причем он не только открывает рот под чужие треки, он двукратный чемпион по паркуру. Он молодой, талантливый, еще и спортсмен — все ролики у него о спорте, о здоровом образе жизни, он не пьет, не курит. Я считаю, что это реально тот человек, который может быть кумиром для молодежи. 

Не обидно, когда люди думают, что вы ведете праздный образ жизни — всё больше салоны красоты и тусовки в распорядке дня?

Милана: У нас с Машей есть критики самые суровые — каждая сама по отношению к себе и мы друг другу. Мы давно настолько толерантны к хейту, что уже  спокойно его воспринимаем. Это только со стороны такая картинка «красивой жизни», а по факту у меня ситуация, что я своего ребенка содержу сама, как и многие мамы в нашей стране, и нахожусь в таком положении, когда отец не оказывает финансовой помощи. Ребенок в Санкт-Петербурге, а я работаю в Москве уже почти ежедневно, и приходится мотаться каждые выходные туда-сюда.  

Мария: Я бы, наверное, расстроилась, если бы меня не хейтили. Если бы ко мне относились ровно, я бы задумалась: значит, я что-то делаю не так. Если тобой восхищаются — радость, если тебя хейтят — тоже радость, а вот если относятся ровно — значит, что-то ты делаешь такое, что для аудитории неинтересно.
А насчет распорядка дня, я не знаю, кто может подумать, что нам нечего делать и мы ходим только на маникюр и по магазинам.
У Миланы есть ребенок, у меня три сына. Мои сыновья получают два образования: российское и британское, они ходят, можно сказать, в две школы, плюс у них футбол, теннис, плавание — они загружены до восьми часов вечера. Естественно, спасибо большое моим маме, папе, свекрови, что они могут помочь, если что — забрать, отвезти ребенка, но всё равно, я должна быть полностью включена в этот процесс. 

Благодарим бутик Stuart Weitzman в ГУМе (noone.ru) за помощь в организации съёмки

И в телефоне у тебя минимум 12 родительских чатов, я так понимаю.

Мария: У меня в телефоне 25 чатов. Телефон постоянно вибрирует, я не понимаю, чего они от меня хотят. И это помимо того, что масса текущих задач. Когда мы с Александром делали проект, мы были с ним 24/7, я в это время ни детей толком не видела, ни мужа. Помимо того что мы помогаем другим людям, нам нужно делать свой контент. Всё время какие-то съемки, постоянно придумываем что-то, чтобы людям было интересно за нами наблюдать. Грубо говоря, ты не можешь даже исчезнуть на день из соцсетей, у тебя работа: мы приезжаем, нас ждет режиссер, сценарист либо какие-то рекламные акции. Я стараюсь до девяти вечера освободиться, чтобы быть дома, а Милана может до ночи снимать. 

Милана: И вроде мы снимаем небольшие ролики — 30-секундные, но один такой ролик может сниматься полдня. Это только кажется, что это фигня, на самом деле довольно сложно. Нужно сделать так, чтобы людей зацепило, чтобы было смешно, чтобы нам самим было смешно, чтобы мы хорошо отыграли, мы же не актрисы с театральным образованием, поэтому нам приходится импровизировать.

Мария: Ну и, конечно, у нас есть блогеры, у нас с ними контракты. Мы ими полностью занимаемся: организовываем фотосессии, пишем треки, следим за их творчеством, контролируем, как они снимают рекламу. Мы на телефоне 24/7, я даже ночью не могу отключить телефон, потому что понимаю, что в это время как раз начинается полный разбор полетов.

Как всё успевать?

Мария: Планировать всё четко. Вот я уже спешу — у меня в 16.00 другая встреча...

Милана: А я пока не спешу, у меня следующая встреча в 17.00. (Смеется.)

Удивительно, что я застала вас во время шопинга.

Мария: Это неотъемлемая часть нашей работы — нужно выглядеть стильно и быть в тренде.

Милана: Но мы уже и это часто доверяем стилистам — они собирают луки, мы просто выбираем, что подходит, а что нет.

Наверное, жизнь в другом ритме уже не представляется?

Мария: Отдыхать чтобы? Нет, для этого у нас слишком много энергии.

Милана: И много идей!

А вот и формула успеха!

Мария: Да, энергия и идеи.

Милана: И побольше бы времени в сутках! (Смеется.)