Опра Уинфри

Первые шесть лет жизни Опру воспитывала бабушка. Они жили в деревушке штата Миссисипи, бабушка иногда хлестала Опру прутом за ее проделки, из игрушек у девочки были только кукурузные початки, а в роли друзей выступали вороны, сидевшие на изгороди. И все равно эти годы были для Опры самыми счастливыми. В возрасте двух с половиной лет бабушка научила ее читать. Когда трехлетняя малышка прочитала в церкви целую проповедь с цитатами из Библии, прихожане сочли ее чуть ли не святой и прозвали «наш маленький оратор». В детском саду девочка сама написала заявление с просьбой перевести ее в школу, и пораженный преподаватель тут же отправил ее в первый класс. Детство закончилось, когда мама увезла Опру в Висконсин — в гетто города Милуоки. (Отец Опры жил отдельно, в Нэшвилле.) Позже Опра рассказывала, что с 9 лет ее насиловали — кузен, дядя, их друзья… Страшные воспоминания однажды помешают Уинфри вести программу: на одном из ее первых шоу гость признался, что в детстве страдал от насилия, и Опра не смогла сдержать эмоции… Впрочем, свою слабость она со временем превратила в силу: с тех пор любые свои личные переживания Опра легко обсуждала на публике, заставляя и гостей шоу быть предельно откровенными.

В 13 лет девочка совершила свое первое преступление — украла у мамы деньги и убежала из дома. Когда деньги закончились, Опре вновь пригодилось ее красноречие: наткнувшись на выходящую из лимузина Арету Франклин, она убедила певицу в том, что ее бросили и ей нужна «всего лишь сотня долларов, чтобы вернуться домой в штат Огайо». Сотня долларов была потрачена на кутежи в гостинице Милуоки, и через три дня Опра вернулась домой. В 14 она родила недоношенного ребенка — малыш умер две недели спустя, и с тех пор у нее никогда не было детей. Именно в этот момент отец, у которого к тому времени уже была своя семья, решил взяться за воспитание дочери. Опру отправили в Нэшвилл, и на протяжении пяти лет отец следил за ее учебой, заставляя в день заучивать по пять новых слов, иначе Опру лишали обеда. Как итог — звание Most Popular Girl в школе, право учиться в Университете штата Теннесси, победа в конкурсе красоты Miss Black Tennessee.

Опре было 19, когда ее пригласили на работу в телекомпанию «Си-би-эс». Она стала помощницей комментатора вечерних новостей Нэшвилла. В 22 она уже была первой женщиной-комментатором телевизионной станции Балтимора. «У вас ужасная прическа, ваш нос слишком широк, а подбородок великоват», — вынесло свой вердикт руководство. Опру заставили перекраситься, и из-за краски у нее выпали почти все волосы. «Очень трудно узнать себя, когда ты лысая», — горько шутила она. К тому же из-за переживаний Уинфри набрала вес. По ее признанию, в тот момент она осознала, что никогда не станет такой, как ее кумир Дайана Росс. «Мои бедра никогда не будут такими, как у Дайаны Росс, и лучше мне быть только Опрой». Так она стала просто Опрой — той Опрой, которую мы знаем. С тех пор она постоянно боролась с лишним весом, посвящала этой теме свои шоу, тратила сотни тысяч долларов на то, чтобы похудеть. В 1993 году Опра приняла участие в марафоне в Сан-Диего. За полгода тренировок она сбросила 22 килограмма, и 29 января 1994-го отмечала свое сорокалетие в том же платье, которое носила десять лет назад. Но потерянные килограммы вернулись, и тогда, после признания о том, что она противна самой себе (Уинфри, как всегда, сообщила об этом всей Америке), она неожиданно успокоилась: «Я поняла, что мой лишний вес связан не с продуктами, которые я ем, а с моим психологическим состоянием, с проблемами, которые идут из детства». А недавно Опра сделала очередное признание: из-за проблем с щитовидной железой она поправилась на 18 килограммов и злится на себя за это...

Работа в Балтиморе давалась ей тяжело: руководство критиковало ее за излишнюю эмоциональность. Через 9 месяцев Уинфри уволили — по сути, за то, что потом стало визитной карточкой шоу Опры Уинфри. Затем была работа на радио и наконец решающий момент: Эй-би-си пробует Опру в качестве помощника Ричарда Шера в ток-шоу «Говорит Балтимор». В конце первого рабочего дня Уинфри поняла, что эта работа — то, о чем она всегда мечтала. Они вели шоу на протяжении семи лет и говорили в студии на самые смелые темы. Опру заметили и пригласили в Чикаго вести «Дополуденные новости». Прямолинейная Уинфри спросила, не станет ли проблемой тот факт, что новости будет вести чернокожий комментатор? Ей ответили: «Мы бы не стали беспокоиться, даже если бы ты оказалась зеленой. Все, что нужно, — победа. Пусть тебя интересует только это». Уинфри удовлетворилась ответом и подписала контракт на 200 тыс. долларов в год.

Позже, когда Уинфри уже создаст свое шоу, а затем и свою компанию и станет самой влиятельной знаменитостью в списке Forbes (она и в 2008-м возглавила его), она скажет: «Я надеялась, что однажды в этой жизни буду работать на каких-нибудь хороших белых парней. Теперь хорошие белые парни работают на меня».

К сожалению, в личной жизни Опры все складывалось не так удачно. По признанию самой Уинфри, долгое время в ее жизни случались лишь короткие романы. Уинфри шутила, что ее «муженек уже едет, просто загулял, наверное, где-то в Африке». Некоторые разрывы она переживала особенно тяжело — например, в 1981 году, после того, как была отменена ее помолвка с Уильямом Буббой Тейлором, телезвезда пыталась покончить с собой. С тех пор тема брака в ее жизн закрыта: Опра рассудила, что ни один мужчина не сможет стать между ней и карьерой, а семейная жизнь — это череда компромиссов, на которые она вряд ли готова идти. Этой позиции Уинфри придерживалась на протяжении всех 20 лет, что она прожила с бизнесменом и писателем Стедменом Грэхемом. Через 15 лет Стедмен в очередной раз сделал Опре предложение — к тому моменту у него уже было 20-миллионное состояние, и он посчитал, что теперь имеет право жениться на женщине, возглавляющей список Forbes. Но несмотря на громкие слова о том, что со Стедменом она может позволить себе быть такой, какая она есть, Уинфри все же отменила свадьбу. В 2007 году они расстались, и Опра выплатила Грэхему 250 миллионов долларов с условием, что он никогда не будет откровенничать об их отношениях, — эта привилегия должна всегда оставаться за ней. Чисто профессиональное...

Ника Драбкина