Карина Разумовская о роли в фильме «К себе нежно», самотерапии, преодолении страхов и сложностях актерской профессии

Расскажите про вашу героиню в фильме «К себе нежно».

Моя героиня Надя — женщина, для которой существует только черное и белое. Женщина, которая не слышит себя, а следовательно, не слышит и остальных. Женщина, которая живет только по установленным ею же самой правилам. Женщина, которая не дает себе возможности выбирать.

Есть ли у вас какие-то общие черты? С чего начиналась подготовка к роли?

Общего у нас с Надей практически нет. Я с возрастом все-таки обрела способность относиться к себе нежнее. Моя подготовка к роли началась с тренировок в бассейне, поскольку планировались съемки под водой, а я панически боюсь глубины. Это было, пожалуй, самым сильным испытанием для меня в этой картине, и я очень горжусь тем, что справилась. Хотя, безусловно, у меня был дублер — девушка-дайвер, которую снимали на большой глубине и во весь рост, но крупные планы под водой — мои. Для меня это большое событие.

Сама книга во многом — про контакт с телом. У вас есть телесные маркеры перегруза? Если да, то какие? Что делаете, когда появляется тревожность?

Когда у меня случается перегруз, первой дает об этом знать спина. Получается, тело дает знак, что я слишком много взвалила себе на спину — в переносном смысле, конечно. Чтобы справляться с тревожностью, помогает тишина. Мне нужно побыть в покое и одиночестве, разобраться с собой и с этим тревожным состоянием. А если еще это удастся сделать на природе, будет вообще замечательно. Пробежка — идеальный вариант.

Что для вас означает «нежность к себе»?

Для меня нежность к себе — это умение услышать себя и разрешить себе быть такой, какой тебе хочется быть в данную минуту. Это возможность замедлиться.

Если бы вы могли написать свою главу в книге «К себе нежно», как бы она называлась?

Глава, пожалуй, называлась бы «Внутренний голос».

Как вы относитесь к дневникам чувств, письмам себе, терапевтическим техникам — это работает на вас или нет?

Подруга подарила мне дневник на пять лет, он называется «Один вопрос в день». Там 365 вопросов: в первый год ты отвечаешь так, в следующий — может быть иначе, а может быть так же. Я заполняю его только второй год, но уже очень интересно наблюдать, как за один год изменились многие моменты восприятия мира и себя. Это тоже своего рода терапия.

Бывает ли у вас чувство вины за отдых или «недостаточную продуктивность»? Как вы с ним справляетесь?

С возрастом у меня совершенно пропало чувство вины за «ничегонеделание»: я наконец-то пришла к тому, что не обязана всё успеть. Я стала ценить свое время — и время отдыха в том числе.

Актерская профессия связана с бесконечной оценкой со стороны. Как уберечь свою самооценку от этого давления и не срастись с чужим мнением?

Пожалуй, опять же, только с достижением определенного возраста я стала меньше обращать внимание на оценки всех и вся. Не так много людей, к мнению которых я прислушиваюсь. Особенно в нашем современном мире, когда люди с большим удовольствием пишут негативный отзыв, нежели позитивный. Я довольно самокритична, и мне не так часто нравится собственная работа. А если еще и оглядываться на других, то, пожалуй, нужно уходить из профессии. Хотя при этом я отдаю себе отчет в том, что утверждение на ту или иную роль всё равно зависит от чужого мнения — мнения режиссера, продюсера, редактора. Очень зависимая профессия.

Бывало ли, что роль становилась способом «починить» себя? И чем это заканчивалось?

В кино, пожалуй, такого не было, но в театре был спектакль «Пьяные» Андрея Могучего по пьесе Ивана Вырыпаева (включен Минюстом в реестр иностранных агентов. — Прим. OK!), и он всегда давал мне опору, имел какой-то оздоровительный, терапевтический эффект. Когда внутри был какой-то раздрай, этот спектакль помогал обрести баланс и внутреннюю гармонию.

Говорят, что театр и кино — это «две разные профессии». Сейчас, когда у вас есть и громкие киноработы, и мощные театральные роли, — где вам сложнее и где интереснее?

Да, театр и кино — действительно две разные профессии, и я люблю обе: мне интересно и там, и там. Я люблю вести диалог со зрителем вживую и говорить с ним через экран. Люблю становиться другим человеком или, как говорил Константин Сергеевич Станиславский, — оставаясь самим собой, стать другим человеком. Обожаю взаимодействие с партнером — и на сцене, и в кадре. Я просто очень люблю свою работу.

Как думаете, какую мысль, чувство зритель унесет после просмотра фильма «К себе нежно»? Какое-то решение, вопрос?

Если женщинам после просмотра фильма захочется выдохнуть, разрешить себе быть такими, какие они есть; захочется перестать соответствовать чьим-то ожиданиям и стандартам; захочется уделить время себе — это будет наша удача. Ну а мужчины, надеюсь, еще яснее увидят, что же там творится внутри у их вторых половин, у мам, сестер. А всё это вместе подарит миру чуть больше гармонии. Возможно.