Александр Устюгов: «Я очень много сил тратил на то, чтобы привлечь внимание»

Звезда «Золотой Орды» Александр Устюгов снялся для ОК! вместе с дочерью — юной актрисой — и рассказал об отношениях с ней и об их общей профессии.

Фотография: Ярослав Клоос Александр Устюгов
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости

На Первом канале стартовал громкий проект — сериал «Золотая Орда», в котором актер Александр Устюгов исполняет главную роль — князя Ярослава. И это для Устюгова идеальный герой — человек чести, защитник родины. Нам же удалось разглядеть в Александре нежного и трогательного отца: в съемке ОК! участвовала и его 10-летняя дочь Женя — к слову, юная актриса РАМТа.

Cаша, какая у вас чудесная дочь! Глядя на нее, вы понимаете, сколько вам лет и какая между вами разница? Или вы ее не ощущаете?

Когда мне было четырнадцать, моему отцу было тридцать восемь, и мне казалось, что между нами огромная разница. Мне сорок один, Жене — десять, и эта дистанция гораздо больше, чем между мной и моим отцом... Возможно, если бы мне сейчас было тридцать – тридцать два, были бы, наверное, совсем другие ощущения. Но есть как есть и мне не с чем сравнивать. Знаете, это забавно: у одних моих ровесников уже очень взрослые дети, а у других только родились.

Мне приятно наблюдать за тем, как взрослеет моя дочь. Сейчас она уже почти девушка, стала спокойнее, не то что раньше. Хотя у нее достаточно сложный характер...

Наверное, отчасти ваш?

Да, отчасти мой. Мне кажется, мужчинам будет непросто с ней. (Улыбается.) То есть ей тяжело будет найти себе партнера.

Александр Устюгов с дочерью Женей

У вас с дочерью доверительные отношения?

Я общаюсь с ней на равных, но не так, будто мне десять лет. Я считаю ее взрослым человеком и не опускаюсь на ее уровень. Она и без того серьезная девушка. Недавно вот спрашиваю: «Кто тебе в школе нравится?» Она говорит: «Мне не до этого, я должна заниматься профессией, это мой осознанный выбор». Это, конечно, безумно смешно, но я киваю: мол, правильно, молодец.

Еще мне ужасно нравится, что она порой одевается просто нелепо. Допустим, на чей-то день рождения легко может прийти в пижаме. Потом понимает, что в гостях она одна в пижаме и это выглядит как-то странно. Или, наоборот, наденет что-то праздничное куда-нибудь в лес на прогулку.

Мне нравится это. Наверное, отчасти это и мое влияние на ее гардероб: ничего розового! Я покупаю ей кожаные ремни с бляхами, затертые косухи, брутальные кепки с надписями...

После нашей съемки вы у себя в Facebook написали, что вам на голые ноги надели короткие брючки и попросили быть самим собой. Вы хотя бы по-доброму это написали?

Конечно, по-доброму. Ну как я мог быть самим собой? Меня вогнали в какой-то образ, который для меня неестественен, но попросили сесть свободнее, попозировать... Сложно быть собой в том, что не твое. Мне важно, чтобы одежда была комфортной. Пиджаки, брюки не люблю. Учитывая то, что у меня гастроли и я постоянно в разъездах, мне вообще удобнее в спортивном костюме: в трениках сел в самолет, и отлично. (Улыбается.)

А кто занимается вашим гардеробом?

Я сам. Я достаточно прост в одежде. У меня примерно один раз в три года случается шопотерапия: раз — и ты вдруг стоишь с пакетами, набрал чего-то... Кстати, я уже давно не обновлял гардероб, уже нужно это сделать, купить новых футболок. Сейчас просто некогда — очень много работы.

Вот Женя подрастет и поможет вам с выбором... Скажите, а вы часто вспоминаете свое детство, проводите параллели с ее взрослением?

Постоянно это делаю. Я был проблемным ребенком. Во-первых, я был такой, эгоцентричный...

Александр Устюгов

Был?

Был, да. Это связано с возрастом, наверное. Я очень много сил тратил на то, чтобы привлечь внимание. И делал это маниакально, изысканно. Например, мог украсть у друга игрушку, долго смотреть, как он без нее страдает, а потом сказать, что я колдун и могу наколдовать, чтобы она появилась. И она появлялась. Друг был счастлив, а я думал: какой я молодец! Шалости еще те были. И под поезд ложился — интересно же, что там! И с дома прыгал, и с высокого дома... Но при всей своей эгоцентричности и желании привлекать внимание я был тихоней. Заводилой стал гораздо позже, уже в школе. Поэтому мне и компания не особо нужна была — у меня были свои фантазийные миры, и я очень комфортно себя в них чувствовал. Вижу, у Жени тоже это есть — она может спокойно существовать одна, ей не скучно.

Женя, так же как и вы и ее мама Янина Соколовская, выбрала актерскую профессию… Переживаете за ее будущее?

Я не из тех родителей, которые живут жизнью ребенка и пытаются реализовать через него свои амбиции. Нельзя подчинять ребенка своим фантазиям: «Хочу, чтобы ребенок был медиком, а если он не поступит в медицинский, моя жизнь рухнет». Поэтому стараюсь не расстраиваться, если Женя не хочет разыграть какой-то театральный отрывок, если у нее не получается.

А почему у нее должно получаться? Почему она должна уметь рисовать и петь? Это я себе придумал. Просто не программирую себя на что-то, я даже не знаю, кем она станет.

Более того, мне кажется, что если у нее что-то получается хорошо, то надо заниматься другим — тем, что не получается. А то, что получается, оно проявится в любом случае.

А ваши родители не навязывали вам своих фантазий?

Нет, никто не приводил меня в кружок бокса. Это был мой выбор. Меня не заставляли поступать в художественную школу — мне рассказал про нее друг, и мы подали туда документы. Я вообще не понимал, что такое живопись, даже слова такого не знал. Но интерес был, была тяга. Я пришел и поставил родителей перед фактом, что надо четыре рубля перевести на такой-то счет. А вот в музыкальную школу я поступал много-много раз, но меня так и не взяли. Сказали, что у ребенка нет ни слуха, ни чувства ритма, ни голоса... У меня остался какой-то комплекс в этом плане.

И теперь вы всем доказываете обратное.

(Смеется.) Да-да-да. Меня не взяли в музыкальную школу, а сестру взяли по классу скрипки, и я ей завидовал: она ходила с таким футляром, подтягивала струны, смотрела в непонятную тетрадку с нотами, и у нее получался звук. И она, кстати, умела мастерски настраивать мои гитары.

А Женя много чем занимается?

У Жени сейчас график очень сложный, я бы даже его немножко проредил. Она с репетиций приезжает ночью, засыпает в машине...

В какой-то момент она может сказать, что, мол, надоело, не хочу ничего.

Иногда говорит: «Мне некогда делать уроки, потому что у меня куча дел». Хорошо, отвечаю, давай отменим половину. Выбирай, что отменим. Нет? Тогда марш делать уроки!

На нашей съемке была Яна — мама Жени. Коллеги сказали, что у вас очень теплые отношения с бывшей женой.

А надо было сцепиться?

Почему? Просто когда люди после разрыва остаются друзьями, это всегда вызывает уважение.

У нас общий ребенок, и у каждого своя жизнь. Я даже не знаю... А какая вообще проекция может быть в отношениях после разрыва? Демонстративно не разговаривать друг с другом? Мы после съемки пошли попили чаю, поговорили. У нас огромное количество общих друзей, у нас общее дело — театр, кино, есть темы, на которые мы можем разговаривать, и разговаривать бесконечно.

Александр Устюгов с дочерью Женей

Мне кажется, что, когда люди расстаются, они не могут сразу вот так вот остаться в теплых партнерских отношениях.

Да, есть эмоциональный фон, который позволяет по-другому оценивать поступки. Но есть время, есть понимание — простое понимание вещей, отчасти родительское... У меня есть незавершенные отношения с людьми, и они меня очень-очень выматывают, висят камнями много лет, а всего-то нужно взять телефон и позвонить. И я сейчас не про женщин говорю, а про недоразрешенные конфликты с педагогами или с другими людьми.

А что вам мешает разрешить их?

Гонор, характер: «не буду, и всё, не сделаю первый шаг, не хочу». Но на самом деле меня это очень мучает. Для меня идеальное состояние — это когда я могу спокойно смотреть людям в глаза, чтобы не оставалось непонятных вопросов. Поэтому если возникают конфликты, то я, не боясь последствий, всё чаще и чаще поднимаю их и решаю. Вообще мне достаточно тяжело общаться с людьми. Я вот сейчас после интервью поеду в Питер: сяду в купе, и, если мой попутчик заговорит со мной, начну отвечать, а если не заговорит, мы так и проедем всю дорогу молча.

Саша, у вас скоро большая премьера на Первом канале — телефильм «Золотая Орда». Вы играете некоего князя Ярослава — это собирательный образ, такого героя на Руси не было…

В «Орде» вообще нет реальных персонажей. Есть некий художественный — назовем его так — срез эпохи, где есть князья, княгини, Владимир, Новгород, Орда, ханы. На фоне этого идет закрученная любовная линия. И я не против мифологии. Кино и не должно быть достоверным, как и книга не должна передавать историческую подлинность... Кино не для этого существует. Кино — это рассказ, и неважно, вру я или не вру. Важен мой талант рассказчика. Что мне за дело в этой правде, если она написана неинтересно и мне скучно становится? Для истории есть историки. Они изучают, формируют наше сознание или направляют его. В кино мне больше интересно, захватило оно или не захватило.

Александр Устюгов

А нет такого, что раз герой нереальный, то и ответственности перед зрителем у вас нет?

Как это? Как нет ответственности?

В том смысле, что можно придумать и сделать своего героя любым. И никто не скажет, что вы переврали.

Скажут, как не скажут. Мы сняли «28 панфиловцев», а нам потом писали, что и Панфилова никакого не было, и пуговицы не так пришиты, и воротнички не те, и зубы у бойцов белые. Прямо так и писали: «Почему у ваших красноармейцев белые зубы?!» Вот это людей волнует больше всего. И «Орду» ждет то же самое. Сейчас уже начинается (фотографии появляются): прически не те, бороды не такие... У нас все знают, кого и как надо играть. Но когда ты играешь князя всея Руси, у тебя огромная ответственность. Собирая образ Ярослава, я, конечно же, больше склонялся к Александру Невскому. Для меня самым важным было передать волю русского князя, его способность принимать решения. Человек ответственен за огромное количество княжеств, и человек уже находится в Орде, то есть он рожден рабом, но пытается отстаивать свободу. Сюжет фильма начинается с того, что приходят ханы и говорят: «Нам нужно сорок тысяч воинов для войны с Персией». И не обсуждается. Вынь да положь — ты должен отдать своих сыновей. И ты должен выйти к своему народу и как-то объяснить, что это нужно сделать. И в этом передо мной огромная ответственность: она не в том, насколько достоверно я играю, а в том, насколько я убедителен, чтобы меня услышали, чтобы пошли умирать за мои слова... Это очень сложная роль, даже несмотря на то, что это все-таки костюмированное фэнтези.

Обидно только, что зрители именно на костюмы будут обращать внимание: не та борода, не такой меч. «Почему у него какой-то языческий перстень?!» И все начинают в этом разбираться, никто не смотрит картину. Почему этого не происходит с западными фильмами, которые по качеству иногда хуже российских?

Александр Устюгов с дочерью Женей

На самом деле достается всем — у нас любят покритиковать.

Я не видел, чтобы кто-то спрашивал, почему Человек-паук носит плавки поверх колготок, как он видит через эту маску, как вообще может летать на ниточке. Все смотрят и говорят, что это хорошее кино, блокбастер. И полные залы. Поэтому «Дом-2» у нас бьет рейтинги — все удивляются, но двадцать четыре миллиона смотрят. Садишься в такси, а там радио «Шансон», и таксист возмущается: «Почему плохое кино снимают? Дайте мне классику!» Да ты на радио «Эрмитаж» переключи и телеканал «Культура» смотри... Очень сложно сейчас продать Островского. Напиши сегодня на афише: Островский «Воспитанница» — и всё, ты пролетишь, не пойдут смотреть. А на мужа с женой и любовником под кроватью пойдут.

Саша, но вы же играете в эту игру?

В какую игру?

Вы же соглашаетесь на такие роли. Разве нет?

Соглашаюсь. Вот сейчас отыграл спектакль «История любви», где полспектакля я в трусах. Конечно, говорят: «Какой ужас, вот обязательно надо было?» Но все ходят — и по пять, и по шесть раз.

А когда-то вы ставили серьезные спектакли…

Ставил, но сейчас это уже сложно-сложно-сложно, и я думаю, что скоро это будет уже практически невозможно. Как стало невозможно снимать хорошее российское кино. Если пофантазировать, я бы создал комиссию из наших уважаемых артистов — Гафта, Джигарханяна. Посадил бы их на зарплату, открыто принимал в интернете заявки на фильм, дал бы возможность читать сценарии в открытой форме. Не там у себя в кабинетах, а в интернете. Чтобы был шоурил из артистов, которые бы это сыграли или хотели это сыграть. А потом вместо одного фильма снять двадцать картин. И устроить конкурс, а победителю дать уже нормальный бюджет — пусть будет шанс у какого-нибудь выпускника ВГИКа.

Сейчас у нас нет альтернативы вообще. Снимает один режиссер одну картину в год. И нет больше денег на другие картины. И так год, второй, третий...

Александр Устюгов с дочерью Женей

Недавно в интернете ходил ролик: известный солидный человек, бывший владелец крупного издательского дома, рассказывал, что в один момент продал бизнес и отправился к Кастанеде — за просветлением… Вам никогда не хотелось всё бросить и поехать на край света за мечтой?

Знаете, нет. Я вообще всегда с опаской отношусь к людям, которые, например, быстро завязали с алкоголем. Они становятся очень правильными, когда перестают пить. И то же самое с теми, которые бросили всё, уехали к Кастанеде или в Индию — за просветлением. Я понимаю, там вообще хорошо, в теплых странах: океан, гашиш... Почему на Чукотку никто не едет? С полярниками сидеть на станции и пингвинов да белых медведей разгонять — вот где достигнешь просветления. Сейчас я наблюдаю в новостях за тем, как на Сахалине некий Иван Санжаров пытается высаживать кедры. Мне нравится этот сумасшедший, который мечтает Сахалин возродить, а против него возбуждают уголовное дело, как будто он коноплю сажает. Он ни у кого не берет денег, ничего не просит. Когда он умрет, кедры будут расти еще лет триста. Мне нравятся такие люди — крепкие, со своей позицией, делающие конкретное дело, может, и безумные, но они и есть просветленные.

Мы однажды снимали в Поволжье, в одном поселке, там случайно познакомились с мужчиной — он бокс детям преподает. Сам на свои деньги построил спортзал в лесу, создал что-то типа пионерлагеря. Приводишь туда ребенка, платишь, а он там обучает, еду готовит, варит каши... Он энтузиаст! Вот это меня потрясает!

Вы и сами любите ставить перед собой сверхзадачи.

Без них же скучно. Без сверхзадач! А потом, знаете, всё зависит от группы крови. Я изучал этот вопрос. Мне было интересно, почему один человек всегда оказывается на баррикадах со знаменем, — как Байрон, например. А другому это всё не нужно. Оказывается, группа крови определяет характер человека: где-то на первом курсе, сдавая философию, я наткнулся на книжку 1957 года, которая была посвящена воспитательной работе среди бойцов в армии. Там описывались разные психологические типы людей: кто годится для геройства, а кто может долго катить пушку. И знаете, группа крови, которую нашивают на одежду бойцам, на самом деле нужна не для того, чтобы быстро перелить кровь на поле боя (хотя и для этого тоже), а чтобы командир сразу понимал, какая у тебя инертность восприятия. Я запомнил, что человек с первой группой крови — тот, кто со знаменем на баррикадах тащит всех вперед. У всех вождей была первая группа.

У вас, конечно, первая?

У меня первая.

Текст: Евгения Белецкая. Фото: Ярослав Клоос. Стиль: Алёна Газарова. Ассистент стилиста: Елизавета Шепелева. Груминг, макияж и прически: Анна Харитонова

Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости