Михаил Полицеймако

«Я считаю, что у детей должно быть детство» 
Фотография: Ирина Кайдалина
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости
Первое место в жизни известного актера МИХАИЛА ПОЛИЦЕЙМАКО занимает СЕМЬЯ. Это видно невооруженным глазом. О супруге, актрисе Ларисе Полицеймако, и детях Михаил может говорить бесконечно.  Актер рассказал ОК! о воспитании дочерей, об отношениях со старшим сыном и о том, почему его смущает фраза «планирование семьи»...

Михаил, вы производите впечатление очень трепетного, заботливого отца. Как же при вашем насыщенном графике вам удается уделять должное внимание семье?
Удается, хотя и редко. Я работаю по 24 часа в сутки, а дети в это время растут. А работать надо, иначе жить не интересно. Но как только у меня появляется выходной, мы обязательно куда-нибудь отправляемся все вместе: или в гости — у нас очень много друзей, — или в парк «Сокольники», который недалеко от нашего дома. Нынешнее лето проведем в Болгарии. Там здорово, это отдых для тех, кто любит Крым ­70-х годов, но с сервисом. Кто-то в Европу ездит, а мне она не нравится.

Почему?
Там улыбки фальшивые. Лучше бы они меня кирпичом огрели, чем так мне улыбаться! Если ходить и постоянно всем говорить «Хеллоу, хеллоу», можно сойти с ума! (Смеется.) Хотя иногда там бывает романтично. На 35-летие моей супруги Ларисы мы летали в Париж — нам очень понравилось. Но мне почему-то кажется, что европейцы в душе более одинокие люди, чем мы. Вот вам для сравнения: мы с женой и детьми не так давно ездили в Дубай, жили в гостинице на рукотворном острове Пальмы. Так вот, могу сказать, что арабы очень крутые! Они намного трепетнее относятся к своей нации. Там вообще нет преступности, полиция — это друзья (чего у нас и представить невозможно), потрясающие по качеству продукты — никаких генно-модифицированных. Еще они обожают детей. Создали для них настоящий рай: зоопарки, аквапарки, детские площадки. Если ребенок потерялся, буквально вся страна занимается его поисками. Можно спокойно отпустить пятилетнюю дочь на улицу, и, если она вдруг убежит куда-то, полицейские за ручку приведут ее домой.


Знаю, что ваша жена оставила карьеру и посвятила себя воспитанию дочерей…
Да, но недавно, после десятилетней паузы, она вышла на сцену — сыграла со мной в новом спектакле Роберта Манукяна «Три грустных мужа и один веселый». Это такая деревенская комедия, персонажи которой — трое бывших мужей — неожиданно встречаются возле дома своей экс-супруги и выясняют, что все трое получили от нее телеграмму с мольбой о помощи. Практически сразу им приходится столкнуться с ее нынешним супругом, участковым милиционером. В спектакле у Ларисы достаточно объемная роль.


А какой вы все-таки видите роль женщины в семье? Она должна сидеть дома или ей позволительно делать карьеру наравне с мужчиной?
В первую очередь женщине должно быть комфортно, она должна чувствовать себя органично. Конечно, когда дети маленькие, им без мамы никак. Но засиживаться дома женщине все-таки не стоит, а то может немного поехать крыша. Что касается нашей семьи, то я только за, чтобы Лара работала, снималась.


Вашу старшую дочь зовут Эмилия, младшую, насколько я знаю, хотели назвать Есенией, а назвали Софией. Откуда эта тяга к необычным именам?
Мы действительно думали назвать младшую дочь Есенией — в честь моего папы (актера Семена Фараду друзья называли Сеней. — Прим. OK!). Но потом я подумал, что у дочери все-таки должно быть менее экстравагантное имя. София, как и Эмилия, — имя, на мой взгляд, роскошное. Несмотря на греческое происхождение, оно не кажется экзотическим. Например, Шарлоттой я бы дочь никогда не назвал! (Улыбается.


Какой вы отец? Строгий или балуете детей?
Вы об этом лучше у них спросите! Я считаю, что у детей должно быть детство. Не понимаю родителей, которые водят своих малышей на бесконечные кастинги, заставляют их часами сидеть в коридорах «Мосфильма» или студии Горького. Дети должны радоваться жизни, много смеяться, веселиться. Конечно, я не имею в виду, что ребенок должен расти полным бездельником, но важно, чтобы всё было в меру. У меня было очень хорошее детство. Даже несмотря на то, что мне приходилось ходить в музыкальную школу, которую я просто ненавидел! (Улыбается.)


Применяете какие-то особые методы воспитания?
«Положи на место!» — с этого всё начинается. Если ребенок берет у папы, например, телефон, он должен понимать, что его надо вернуть или положить на место. Нельзя детям позволять всё. Если девочки подерутся, то они будут стоять в углу. Своего отца я немного побаивался. У меня не было такого: «Папа, дай мне это, дай мне то». В основном моим воспитанием, конечно, занималась мама, а еще рядом было много людей, от которых я подпитывался. Нас в квартире жило немало: две бабушки, папа, мама, моя няня Варя. Когда мне запрещали есть колбасу, няня ночью приносила мне бутерброды. Вот и у нас сейчас такой же кагал: мы с Ларой, дети, моя мама. А теща, Татьяна Семеновна, и тесть, Юрий Алексеевич, приезжают нам помогать. Мне с ними, как и с женой, очень повезло. Мне вообще нравится, когда в квартире много народу, — так интереснее и веселее.


Расширять свою семью не планируете?
Это страшное словосочетание — «планирование семьи»! Это то плохое, что пришло к нам с Запада. Как можно запланировать ребенка, это же не поездка в «Ашан» за продуктами! Женщина рожает столько детей, сколько дает ей Бог. Вот жена Даниила Спиваковского, Светлана, родила троих, а ей всего двадцать пять лет. Лариса же родила Милю в тридцать лет, Соню — в тридцать три. Сейчас ей тридцать шесть, захочет — родит в тридцать девять, как моя мама меня. У моего папы детей не было до сорока лет, можешь себе представить? Так что какое уж тут планирование!


Михаил, а вы часто видитесь с вашим сыном от первого брака, двенадцатилетним Никитой?
Он был со мной, когда мы отправились со спектаклем «Ladies’ Night. Только для женщин» на гастроли в Дубай, а в прошлом году отдыхал с нами в Болгарии. Мы сможем больше видеться, когда он подрастет и у него появится возможность чаще ездить со мной на гастроли… Дочек на съемки я не беру — они еще маленькие, но позже, думаю, и они захотят летать со мной.


Никита уже вовсю снимается и играет в театре. В его фильмографии — сериалы Валерии Гай Германики «Школа» и «Краткий курс счастливой жизни», участвовал он и в мюзикле «Красавица и чудовище»...
Да, он актер в четвертом поколении. 


То есть он уже твердо решил, что станет актером?
Пока на этот вопрос ответить трудно. Кто знает, что будет дальше? Скоро у него начнется самый сложный период — переходный возраст.


Если он все-таки примет решение продолжать актерскую династию, будете ему помогать?
А чем я могу ему помочь? Разве что советом, кроме того, могу с ним позаниматься. Сейчас вот ругаю его, что он чуточку растолстел. Я в детстве был толстым, и мне это мешало.


Кстати, как вам удалось похудеть во время участия в телепередаче «Подари себе жизнь»? Тогда вам врачи чуть ли не инсультом угрожали, если вес не сбросите.
В 34 года я весил 117 килограммов, то есть сейчас мог бы весить все 150. Был бы как три меня. Пришлось взять себя в руки. Физическая форма человека зависит не от диет, а от того, что у него в голове. Расставаться с некоторыми из продуктов мне было очень печально. Например, я с детства обожал колу, она была для меня, как и для всех советских детей, настоящим подарком. Сейчас понимаю: газировка — это «здравствуй, диабет». Я видел людей, которые на ней «сидят», пьют целыми днями. Я от нее отказался, а еще не ем чипсы, фастфуд, белый хлеб, а также сладости — их я просто не люблю.


А спортом занимаетесь?
Я люблю футбол, плавание, неплохо играю в настольный теннис, но, к сожалению, на всё это не хватает времени.


На ваш взгляд, дети обязательно должны заниматься спортом?
Да, но только не профессионально. В профессиональный спорт ребенка можно отдать, только если у него есть ярко выраженные способности. Нельзя заставлять идти в секцию просто так, чтобы он гробил там свое здоровье. Никита недавно стал заниматься греко-римской борьбой — чем-то она ему понравилась. Хотя я хотел отдать его на бокс — сам в детстве занимался этим видом спорта. Эмилия ходит в музыкальную школу и занимается танцами. Она гиперактивная: много бегает, не любит сидеть на месте. Миля и Соня абсолютно разные. Поразительно, как при общих маме и папе и разнице всего в три года они могли получиться настолько непохожими! Соня всё время ест, как я в детстве, а Миля в свои пять лет уже следит за фигурой.


Не так давно закончились съемки фэнтези-сериала «Тайный город» с вашим участием, который в скором времени выйдет на РЕН ТВ. Автор саги, Вадим Панов, рассказывает читателям о «другой» Москве, где параллельно с нашей реальностью обитают последние представители давно исчезнувших народов. Расскажите о вашем герое.
Моего персонажа зовут Птиций, он управляющий местного кабака. Птиций — жирный и полукрылый, помесь человека и птицы, любитель женщин и светских тусовок. Он предает людей, торгует информацией. У моего героя очень клевый костюм — яркий и красочный, как у попугая. Художник по костюмам сделал его еще и удобным, за что ему низкий поклон. Получился колоритный малый. Когда читаешь о приключениях моего героя у Панова, дух захватывает, это реальный экшен. Кстати, мои сцены сняли очень быстро, всего дней за шесть. Вадим Панов, автор цикла романов «Тайный город», — писатель очень популярный, у него целая армия поклонников. После прочтения его саги продюсеры и отважились на съемки. Это такое добротное фэнтези, любителям жанра должно понравиться. Фантазия автора погружает читателя в иной мир, который мы в обычной жизни не замечаем.


А на будущее у вас какие планы?
Вполне возможно, что осенью будут снимать второй сезон «Тайного города». Я не люблю говорить о будущем, потому что это похоже на сказку «Зайка-зазнайка». Работа есть, это самое главное. Летом будут съемки в двух проектах. Но самое важное для меня то, что недавно я в соавторстве с актером Денисом Назаренко сам попробовал поставить спектакль «Маленькие трагедии Пушкина» в Театре киноактера, не так давно у нас состоялась премьера. Хотелось бы снять еще и кино и сыграть Петруччо в «Укрощении строптивой». (Улыбается.)

Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости