Паулина Андреева: «Только смирение и чувство юмора могут спасти»

Талантливая, красивая, успешная. Определенно, Паулина Андреева — актриса со счастливой судьбой.

Фотография: Ольга Тупоногова-Волкова
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы

Свою первую главную роль она сыграла, еще будучи студенткой, в спектакле Кирилла Серебренникова «Околоноля». А недавно Паулине выпал редчайший шанс сыграть сразу двух героинь — двух сестер с разными характерами и темпераментами, в картине Александра Молочникова «Мифы», и сделала она это виртуозно! Фильм выйдет в прокат 16 ноября, но уже сейчас мне захотелось поговорить с Паулиной об этой картине, тем более что я тоже принимал в ней участие.

Ну что, Паулина, начнем?

Ты сразу включил свой голос. (Улыбается.)

В смысле?

Проникновенный голос, как у психотерапевта. Ты в кресле, а я на диване — сейчас буду тебе всё рассказывать. Это опасно. Ты, Вадик, сразу вызываешь доверие, тебе хочется всё отдать, всё рассказать и поведать. Это, по-моему, прекрасное качество для журналиста.

Ну, голос —это от природы.

Знаю, от природы, как и твой талант.

Спасибо! Кстати, по поводу таланта, теперь уже твоего. Когда я смотрел только-только смонтированный фильм «Мифы», то в какой-то момент даже забыл, что роли обеих сестер, абсолютно контрастные, играет одна актриса, — настолько ты убедительна в каждом кадре. Скажи, что изначально зацепило тебя в сценарии?

Вообще, когда всё только начиналось, Саша даже не видел меня в своем кино. Мы дружим, он делился со мной планами, но сразу сказал, что для меня там роли, к сожалению, нет. (Смеется.) И вот однажды кто-то то ли не смог прийти на пробы, то ли просто Саше что-то с утра взбрело в голову, но он позвонил мне и спросил, в Москве ли я и не хотела бы так, в виде эксперимента, прийти и попробоваться. Я согласилась, и после этого было еще тридцать шесть проб. С разными партнерами.

Саша очень дотошный парень.

Очень! Он сложно делает выбор в пользу того или иного артиста. Он будет мучить тебя вплоть до первого съемочного дня, и ты всё равно не можешь быть уверен в том, что ты в деле. Поэтому для меня это всё было неожиданно, я была счастлива, что он мне доверил две такие роли, и вопроса, участвовать или нет, просто не существовало.

«Мифы» — это в чистом виде эксперимент, а он, естественно, мне интересен. И тебе, я так понимаю, тоже.

Не то слово! Я вообще в этом фильме впервые влез в актерскую шкуру, и всё с легкой руки того же Молочникова.

Саша подкупает своим фанатизмом, задором и тем, что это его дебют. В дебютной работе всегда интересно участвовать: там особая энергия, которая уже не повторится, это бывает только однажды. А насчет сразу двух ролей... Кажется, что судьба не предложит тебе такого, потому что это уже слишком, потому что это наслаждение и вызов прежде всего самой себе.

А ты в фильме еще и поешь потрясающе! Для тебя же это третья вокальная история в кино: «Оттепель», «Притяжение» и вот теперь «Мифы». Однако ты неоднократно говорила мне, что никакая ты не певица, что петь ты не умеешь и вообще это не твое. Это такое профессиональное кокетство?

Нет-нет, я не говорила, что не умею петь. Просто у меня нет планов делать это отдельной профессией. Но как-то так само собой выходит, что музыкальные проекты ко мне...

...льнут.

Льнут, да. У меня есть педагог Маша Кац, мы с ней встретились на «Притяжении», когда делали саундтрек к фильму, и с тех пор посчитали, что не нужно нам разлучаться.

Маша Кац мощный профессионал. Ты с ней для профилактики продолжаешь заниматься?

Я продолжаю с ней заниматься, да. Я люблю петь дома, в машине. Я вообще человек поющий, люблю подпевать, напевать — это состояние души. (Смеется.)

Ты поешь с детства?

Меня пытались отдать в музыкальную школу в Петербурге. Но усидчивости мне не хватило. Я начала поколачивать лбом инструмент, на котором со мной пытались заниматься, и родители поняли, что незачем насиловать ребенка. (Улыбается.) Так что в итоге с музыкальной школой ничего не вышло. Потом я захотела надеть балетную пачку.

Надела?

Да, меня повели на просмотр в Вагановское училище, чтобы узнать, есть ли у меня будущее. Педагоги сказали, что в целом есть, но не в балете, потому что я ростом выше балетной нормы. Хотя Светлана Захарова, в общем-то, моего роста. И тем не менее танцевальная история у меня так или иначе сложилась, меня это заинтересовало, танцы — это как раз для неусидчивых детей. Так что я занималась танцами, о чем не жалею. А сейчас наверстываю упущенное по вокальной линии.

Скажи, Паулиночка, был ли у тебя, неусидчивой, как ты говоришь, кризис подросткового переходного возраста, какие-то максималистские проявления? Ты ведь совсем не аленький цветочек.

Ой, у меня тяжелейший был период! Никто не верит, что моим родителям досталось от меня по полной программе. Был серьезный какой-то слом характера, я была достаточно агрессивно настроена по отношению к миру в целом. Я была конфликтна, свободолюбива.

А где ты чувствовала себя комфортно?

Хорошо было на улице. С друзьями...

...которые, как и ты, были максималистски настроены?

Все были разные. Но у нас была такая сплоченная компания, банда. Не хотелось учиться, хотелось с утра до вечера гулять. Это прекрасное ощущение детства и юности, когда ты выходишь из дома и тебе не важно, куда ты идешь, ты просто идешь, и всё.

Школу прогуливала?

Ну, в том и заключались проблемы, что я училась неровно, мягко говоря, не так, как бы хотелось родителям. Но они с пониманием относились к тому, что есть отличники, а есть их дочь. (Смеется.)

Постепенно семья со мной совладала, родители выработали правильную стратегию, и мы начали по-настоящему дружить. Они уважали мой выбор, мои стремления. То есть, когда я, учась на втором курсе журфака, сказала, что хотела бы поступать в театральный в Москве, они поддержали меня. Хотя актерская профессия родителям казалась не такой стабильной.

Конечно, это всё очень туманно.

Туманно, да еще Москва, чужой город.

Так, а когда ты захотела в актрисы? Прямо после второго курса журфака?

Нет, я думала об этом, еще когда заканчивала школу, но не могла четко сформулировать свое желание. А родители предложили попробовать поступить в «нормальный» институт, а потом, мол, всё в твоих руках, все дороги открыты.

Психология троечника осталась?

Да. (Улыбается.) Это перешло со мной и в Школу-студию МХАТ. Я тот человек, который подбивает всех нарушить какие-нибудь правила.

А вот мой папа, Эмиль Верник, который преподавал у тебя в Школе-студии МХАТ предмет «Актёр у микрофона», рассказывал мне о том, какая у него талантливая и дисциплинированная ученица на курсе — Паулина Андреева. Он говорил: «Вот она будет настоящей артисткой!» Кто-то для чтения у микрофона выбирал Бунина, Пушкина, а ты…

...а я выбрала Гердта.

Чем окончательно моего отца покорила. Папа до сих пор с большой теплотой относится к тебе и радуется каждой встрече —

и когда видит тебя на нашем с Игорем дне рождения, и в театре... Кстати, почему ты решила читать мемуары Зиновия Гердта? Это так неординарно, небанально.

Вот именно поэтому. Мне хотелось удивлять, саму себя в том числе. Я долго думала насчет материала и решила, что это будет книга мемуаров «Зяма — это же Гердт!». И конечно, у твоего папы я была послушной отличницей, потому что меня научили уважать старших, я умею взять себя в руки и ценить время педагога. Вообще школа-студия меня очень дисциплинировала. То есть она этого троечника из меня постепенно выгоняла. Я впервые занялась тем, что меня по-настоящему интересовало. В результате школу-студию я закончила прекрасно — с одной четверкой. Остальные пятерки!

Это знаешь как называется? Взросление.

Да. (Улыбается.) Я с любовью относилась к учебе, я просто была... вернее, не была, а есть — хулиганка, если хочешь.

И авантюристка?

Ну, мне ничего не стоит завтра улететь в другой город. Я подвижна, я ищу и жажду впечатлений, приключений, эмоций. Я рутины побаиваюсь. То есть я живу жадно.

Ты и до работы жадная — у тебя сейчас такое количество новых проектов!

В работе я все-таки стараюсь находить баланс. Жадность здесь, на мой взгляд, ни к чему хорошему не приводит. Я никуда не тороплюсь, учусь брать паузы. Ты же понимаешь, свою роль нужно ждать и быть к ней готовым. А конвейер опустошает. Я стремлюсь в этом отношении к гармонии в первую очередь с самой собой. Такой вот бурный покой у меня пока.

«Бурный покой» — хорошо звучит. Слушай, наша семья с тобой так плотно связана. Когда только начались репетиции спектакля «№ 13D» в МХТ, Игорь был от тебя в восторге как от партнерши. Он говорил, что ты мгновенно выполняешь задачи, всё схватываешь на лету.

Это очень приятно.

И роль в этом спектакле у тебя такая гротесковая, такая характерная, ты здесь почти клоунесса! Это же очень сложный жанр, и в этом жанре тебе, мне кажется, удается существовать идеально. Но многие все-таки видят в тебе прежде всего роковую красавицу. Ты с этим смирилась, или тебя всё устраивает?

По тем немногим ролям, которые мне удалось сыграть в кино, я не чувствую, что ко мне присоседилось какое-то конкретное амплуа. «Метод», «Саранча» — роли в этих фильмах далеки от образа роковой красавицы. Поэтому я не чувствую напряжения в этом смысле. А играть комедию «№ 13D» — это тоже был и вызов, и риск.

И все-таки внешность, наверное, была для тебя надежным пропуском и в школе, и в институте, и в актерской жизни?

Я о своей внешности до школы-студии не задумывалась. И я не кокетничаю. Я была пацаненком. Это отражалось во всем: в манере поведения, в стиле одежды. Я каталась на сноуборде, на скейтборде, на велосипеде — меня всегда тянуло к спорту. Я ходила с братьями в походы с палатками. Мы стараемся продолжать эту традицию.

Здорово! У вас такая крепкая семейная спайка.

Стараемся. Природа, путешествия, экстрим — всё это объединяет. Комфорт же не объединяет, в комфорте мы все будем дружны и веселы, когда всё под рукой, когда ничто вокруг тебе не сопротивляется.

А сейчас ты занимаешься спортом, или твоя идеальная фигура не нуждается в том, чтобы ее совершенствовать?

Спасибо за комплимент. Не знаю, в чем нуждается моя фигура, но я по-прежнему очень спортивна. Занимаюсь йогой, бегаю, всё время ищу что-то новое.

Вот йогой ты меня сразила!.. Скажи, в тебе питерское начало сохранилось, или ты уже стопроцентная москвичка?

Я вряд ли когда-нибудь стану стопроцентной москвичкой. У меня такое ощущение, что Москва — для работы, а Петербург для жизни. Мне там хорошо. (Улыбается.) Там каждый угол связан с детством, этот город вообще особенный. На Васильевском острове, где я выросла, особый микроклимат. До сих пор, когда я туда приезжаю, у меня начинает учащенно биться сердце.

Ты все-таки романтик... После того как у тебя начались отношения с Фёдором Бондарчуком, тебя стали рассматривать буквально под лупой. Каждый шаг, каждый жест. Ты была к этому готова психологически?

К этому нельзя быть готовым, Вадик. Мне гораздо больше нравилось, когда единственной информацией обо мне были фильмы и спектакли. Внимания вдруг стало слишком много, жизнь на какой-то момент стала несколько сложнее.

Но мы справились. (Улыбается.) Я очень отстаиваю свою свободу — гулять там, где хочется, иметь возможность ездить в метро, например.

Ты — в метро?!

Конечно, тут такие пробки, посмотри! Как не ездить в метро? Я хочу жить в настоящем обществе, а не в выдуманном. Люди и характеры преимущественно обитают в первом. Очень опасен перевес светского существования над творческой жизнью: все знают, на какой премьере ты была, но никто не помнит, какие роли ты сыграла. Это очень, на мой взгляд, грустная ситуация, и мне бы не хотелось в ней оказаться.

Хорошо, что ты это фиксируешь для себя.

Да, я это фиксирую.

Слушай, я тут посмотрел твой Instagram. Там всего две публикации и 107 тысяч подписчиков! На одной фотографии ты с Фёдором на премьере «Притяжения», на второй вы прогуливаетесь по берегу моря. Обе фотографии черно-белые.

Да, мне нравится черно-белый цвет. Почему всего две фотографии? Потому что это всё в плоскости моего нежелания насыщать собой пространство.

Ну а эти две фотографии что означают и почему именно они?

А вот потому что. (Смеется.)

О тебе всё время появляются новые слухи, сплетни. Кому-то ты нравишься, кто-то тебя открыто ненавидит.

Я уже отношусь к этому со смирением. Я не могу на это воздействовать, в диалог я не вступаю, ни в социальных сетях, ни где бы то ни было. Только смирение и чувство юмора могут спасти в этой ситуации. Нельзя ставить себя в зависимость от объема появляющихся про тебя статей или оценивать соотношение положительных комментариев и негативных. Я стараюсь не включаться в эту медиаигру. И я надеюсь, что это пламя рано или поздно потухнет и какое-то время наши имена не будут мелькать в этих жутких заголовках и статьях.

А ты читаешь то, что про тебя пишут?

Я не всё читаю, просто иногда оно само попадается мне на глаза, я же пользователь интернета, я все-таки живу в двадцать первом веке. Для того чтобы отнестись ко всему этому со смирением, нужен мозг.

Твоя мама может позвонить тебе и сказать: «Боже, что про тебя пишут, моя дорогая доченька!»?

У меня такая умная мама, она так быстро переформатировалась и теперь тоже находится в клубе смиренных наблюдателей этого процесса.

Понятно. Мне нравится, Паулина, как емко ты формулируешь свою позицию, и ведь так было всегда. Именно поэтому я уже давно хотел сделать с тобой интервью для нашего журнала. А ты отвечала: «Давай сделаем тогда, когда появится новая стоящая роль, работа». Я тебе говорил: «Неужели для того, чтобы мы с тобой поговорили, нам нужен какой-то повод?»

Чтобы мы с тобой поговорили с диктофоном — да. И вот он повод: с 16 ноября «Мифы» во всех кинотеатрах страны. (Смеется.)

Верно. Не так давно я с компанией был у вас с Фёдором дома в гостях. Ты приехала после спектакля и привезла огромное количество пиццы. А ты вообще готовишь сама?

Зачем ты меня стыдишь, Вадик? (Улыбается.) У нас была вечеринка «пицца — кока-кола». Нас было много, мы собрались смотреть кино. Готовить я люблю, правда-правда.

Мы с тобой находимся сейчас в МХТ. Я так понимаю, что ты вновь работаешь с режиссером Молочниковым.

Именно так.

Все-таки театр — место силы?

Да, театр важен для меня, и мне кажется, что театр нужен актеру. Кино имеет свойство начинаться и заканчиваться, это не постоянная субстанция. Сейчас к тому же такое время, когда театр интересен, театр привлекает разную аудиторию, в него стремятся попасть.

А я сейчас, Вадик, стремлюсь попасть на репетицию, которая начнется через десять минут.

Отличной тебе репетиции. Привет Молочникову!

  • Фото: Ольга Тупоногова-Волкова.
  • Стиль: Ирина Свистушкина
  • Макияж: Андрей Шилков для Giorgio Armani Beauty
  • Прически: Наталья Коваленкова для Philip Martin’s
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы