Влад Соколовский и Рита Дакота рассказали о карьере, любви и грядущем пополнении в семье

Влад Соколовский и Рита Дакота вместе уже три года. Открытые, позитивные, душевные — они во всех смыслах приятные люди. 

Фотография: Ярослав Клоос
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы

Их отношения идеально характеризует такое немного устаревшее понятие, как «товарищество», когда между людьми не только любовь, не только влечение и страсть, но и дружба, партнерство. Влад и Рита не просто пара, они — семья. И очень скоро в этом семействе грядет пополнение!

Сейчас раннее утро, за окном дождь, а вас это как будто не касается — настроение у вас приподнятое!

Рита: Что вы, мы проспали! Вчера работали до четырех утра! Мы сейчас закажем завтрак и сразу начнем общаться, хорошо?

(Рита заказывает кашу, Влад — омлет.)

Р.: А я знала, что ты именно это выберешь.

Давно ты начала так говорить?

Влад: Всегда так было.

Р.: Да, с самого начала, это не приобретенный опыт.

В.: Мы постоянно этому удивлялись, смеялись, а потом просто привыкли. Мы называем это явление объединенным биополем.

Вы знакомы уже лет десять, правильно?

В.: Да, 3 июня 2007 года у нас был тот самый кастинг на «Фабрике звёзд»...

Р.: А ровно два года назад, 3 июня, была свадьба и венчание.

Перед интервью я изучила ваш Instagram. Вы там так откровенно говорите о своих отношениях, о любви, легко и открыто демонстрируете миру свои эмоции.

В.: Разве это плохо?

Это очень хорошо! Просто сейчас только ленивый не говорит в интервью, что счастье любит тишину.

Р.: Скорее зависть любит тишину. А счастье тишина как раз губит. Сколько бы шикарных песен не случилось, если бы все думали, что о счастье надо помалкивать! Если бы Стиви Уандер, когда у него родилась дочь, не написал потрясающей красоты песню Isn’t She Lovely...

В.: У Боба Марли не было бы, наверное, девяноста девяти процентов песен, если бы ему не хотелось делиться с миром своими чувствами.

Р.: Да и вообще, если слушать общественность, подписчиков в том же Instagram, то можно сойти с ума, можно обрести биполярное расстройство. Сначала нам писали: «Зачем вы скрываете, что у вас отношения? Вам что, стыдно?» Когда мы заявили, что мы пара, началось: «Зачем вы всем рассказываете о любви, это ведь сокровенное!»

Часто баните подписчиков?

В.: Да, часто!

Р.: Почти каждый день человек по двадцать.

В.: Понятное дело, что среди полутора миллиона наших подписчиков есть люди с абсолютно разными мнениями. Есть люди, которые трясутся над своими отношениями — боятся сглазить. Но это очень опасная игра, на мой взгляд.

Р.: Сглаз — это вообще отдельная тема. Я тут недавно прочитала шутку под фотографией мамы с двумя детьми. Старшей девочке лет пять, второй ребенок — новорожденный. И у младенца лицо затерто смайликом. Очень смешной был комментарий: «Правильно, старшая уже взрослая, пусть от сглаза отбивается сама!»

Вот вы сейчас рассказываете о том, что скоро станете родителями. Наверняка вам найдут что сказать на этот счет.

Р.: Да, можно себе представить! Всё те же люди, которые писали «Когда уже ребеночка? Пора!», начнут говорить: «Что вы так рано-то, погуляли бы еще!» (Смеется.)

А вы сами не думали, что рано? Вы планировали такое развитие событий?

Р.: Мы хотели детей, но я не люблю словосочетание «запланированный ребенок», это ужасно. Когда два человека в браке уже два года, то странно считать ребенка неожиданным. Это не может быть сюрпризом, это нормальное развитие отношений любой здоровой пары.

Далеко не все пары готовы к такому повороту в жизни.

В.: Да, есть такие и среди наших друзей, которые открыто говорят, что они child-free. Это их выбор, их позиция. Но мы, когда еще только начали жить вместе, сразу обсудили в том числе и «детский» вопрос. Я честно сказал, что не вижу смысла просто встречаться — ходить в кино или пить кофе в кафе.

Зачем вообще пацану отношения, если он хочет остаться свободным? Если можно тусоваться и менять девочек, зачем напрягаться? А если уж ты созрел для серьезных отношений, если строишь планы на будущее, думаешь о свадьбе, то и к появлению детей вполне должен быть готов.

Судя по вашим аккаунтам, вы много путешествуете — постоянно в движении, всегда на волне. Но всякий раз это не просто отдых — вы снимаете клипы в разных уголках мира, совмещаете приятное с полезным?

В.: Да, так получается. А с прошлого года мы вообще работали почти без отдыха. У меня вышел альбом, потом сингл в сентябре, у Риты осенью запустился ее сольный проект — премьера клипа «Полчеловека», который взорвал интернет и музыкальные чарты. Весь декабрь мы гастролировали, в январе планировали съемки моего клипа, в феврале отсняли его на Бали и выпустили. В марте мы отсняли Рите сразу два клипа в Нью-Йорке, когда узнали, что ждем малыша: один, так сказать, впрок и еще ролик на песню «Боюсь, что да», который сейчас бьет все рекорды по просмотрам. А недавно мы сняли еще один клип — на мой новый сингл «Иди ко мне», который я посвятил Рите. Поэтому в мае мы поехали отдыхать. Вот только вернулись с Мальдив, где ни одной минуты не работали. (Смеется.) Ничего не делали — загорали, ели, наслаждались друг другом, читали книжки...

Р.: У меня ровно половина чемодана была забита книгами!

В.: Вторая половина — купальниками. (Смеется.)

То есть вы способны нажать на паузу и заглушить свой внутренний мотор?

Р.: Мы называем это заземлением. У нас есть энный период во время большого отдыха, когда поначалу мы вообще ничего не делаем. Например, когда мы были на Бали, у нас неделя ушла на заземление. Мы могли за это время даже на пляж не выехать или из дома не выйти, просто «тюленили», просыпались во сколько хотели, делали что хотели...

В.: Приходили в себя. Если представить усталого человека в виде клубка, то мы себя как бы разматывали. Ты себя разматываешь, разматываешь, не смотришь на время, не думаешь, что тебе куда-то надо идти, ехать, спешить... И примерно через недельку ты такой обновленный, свежий, расслабленный...

Р.: И думаешь: «Ну всё, погнали!»

И опять съемки клипов и записи песен?

В.: Не только. Я тут осваиваю, скажем так, новую для себя профессию. За последние полгода я снялся в двух картинах. Об одном проекте, к сожалению, еще говорить нельзя, но это очень популярный сериал на очень популярном канале. Я там играю роль молодого корреспондента. А второй фильм — это историческое кино для канала «Россия» про боярыню Салтыкову, которую играет Юлия Снигирь. И у меня там одна из ключевых ролей. Так вышло, что это моя первая большая драматическая история.

Вы сами решили ходить на пробы, или вас позвали?

Весь последний год я ходил на пробы в очень разные проекты. Куда-то не брали, куда-то брали, в силу кризисной ситуации многие проекты сворачивались. Но лед тронулся, и всё пошло-поехало.

Не боитесь, что скажут: «Еще один певец решил стать актером»?

Мне вообще пофиг, что говорят. Я прислушиваюсь только к тем, кого считаю авторитетным в том или ином вопросе. Все остальные могут оставить свое мнение при себе. В этом смысле у нас обоих развит очень такой хороший пофигизм...

Р.: В том плане, что мы не питаем иллюзий, мы стараемся оставаться честными и адекватными. У нас нет такого, что мы хотим везде успеть. Вот Влад — настоящий артист. Я не могу назвать своего мужа только музыкантом, он — артист. А я вот чистейший музыкант. До того как прогремела моя первая сольная работа «Полчеловека», побив внезапно все рекорды скачиваний и репостов и дав мне своеобразного пинка под зад, чтобы петь дальше, я почти семь лет сидела в каморке и писала топовым артистам хиты, известные на всю страну. Страна знает и любит песни Лободы, Ёлки, Ани Лорак, Аниты Цой, а то, что их автор Рита Дакота, никто не знал. Я и правда не могу назвать себя артистом, и когда, например, из той же компании, куда Влад ходил на пробы, звонят и предлагают и мне прийти, я отказываюсь. Я не актриса...

В.: Просто ты скептически к этому относишься...

Р.: Нет, я не скептически к этому отношусь, я глубоко уважаю актерское ремесло, просто у меня не получается, а я не делаю того, что у меня не получается. Я же не жарю мясо, например. У меня не получается сделать это так круто, как у тебя...

В.: Но ты даже не пробовала его жарить!

Р.: Я пробовала тысячу раз, но у меня не выходит.

В.: Просто ты не пробовала его жарить со мной! Кладешь классный кусочек на сковородку — и три с половиной минуты с одной стороны, три с половиной минуты с другой, разрезал, посмотрел — всё, медиум, дальше пошли. (Смеется.) На самом-то деле я сам долго не верил в эту актерскую историю. Столько предложений разных было, мол, ты попробуй, вот эти снимались и те снимались. Но это не моя профессия. Я артист балета, певец, композитор, саунд-продюсер — кто угодно, но не актер, у меня язык не поворачивался так себя назвать.

Р.: Вот он, мой любимый тип людей, — когда талантливый человек не знает, что он талантлив. Обожаю тебя!

В.: Плюс что предлагали-то? Сыграть себя, конечно. А я не хотел играть себя, это ужасно вообще! Сорри, конечно, никого не хочу задеть, но я считаю, что если в фильме ты играешь себя, то это полная фигня, это смотреть вообще без слез нельзя, просто какой-то провал... Но потом был проект на Первом канале «Театр Эстрады», где я согласился принять участие. Мне стало интересно, потому что там много жанров, много разных образов, и это очень круто. Я там победил по зрительскому голосованию, а Стас Костюшкин, с небольшим отрывом, — по голосованию жюри. И как-то я там разыгрался. (Улыбается.) У меня появился агент, мы годик походили по пробам, сначала не срасталось, а в какой-то момент хоп — и щелкнуло. Непонятно как, может быть, потому, что поначалу я несерьезно к этому относился, но, в общем, пошло.

Влад, вы сказали, что прислушиваетесь только к мнению авторитетных для вас людей. Это вы родителей имели в виду?

В.: Я имел в виду уважаемых людей — редких профессионалов своего дела в моем окружении, а еще родителей, семью и самых близких друзей.

А как вы считаете, родители должны говорить детям правду, вот такую, какая она есть? Или всё-таки должны по голове гладить?

Р.: Знаете, нам сложно приводить какие-то примеры, основываясь на нашей семье. Наш с родителями случай вообще уникальный... У нас есть такой чатик семейный, где Влада родители, мои, мы и, в общем, вся семья. Мы обсуждаем там всё. Вот просто всё, что происходит в жизни. Откровенно, без прикрас. Нас там и похвалят, и послать могут тоже, если будет за что. Мне кажется, что если бы этот чат кто-нибудь почитал, то наших родителей за отдельные пассажи могли бы лишить родительских прав. (Смеется.) Просто наши отношения с родителями нельзя назвать обычным примером отношений «отцы и дети». Безусловно, мы их любим и уважаем, прислушиваемся к их мнению, просим совета. Но они больше наши друзья, наша компания. Может, такой и должна быть семья?

В.: Да, нам уже давным-давно, еще на ранней стадии отношений, было сказано, что «ребята, как бы у вас там ни сложилось, мы теперь одна семья». Родители и с нами, и уже без нас ездят вместе путешествовать. А мамы могут по скайпу на шопинг сходить — одна в Москве, другая в Минске.

Р.: Да, наши мамы уже наших детей поделили, мол, когда «эти» поедут в гастрольный тур, я буду сидеть, а вот в декабре у них уже стоят концерты, значит, я в Минск заберу на месяц... Я говорю: «Мы еще даже никого не родили!» (Смеется.) И я считаю, что это прекрасно. Есть мнение, что ребенку нужна мама 24/7, типа это неправильно, когда мама работает еще хоть кем-то, кроме мамы, плохо и неправильно, если ребенком иногда занимаются бабушки. Мы с Владом как-то решили обсудить эту догму и единогласно пришли к мнению, что это, наоборот, очень круто, когда у новорожденного малыша уже есть офигенная настоящая большая семья — с бабушками, дедушками, дядями, тетями, которые его ждут, любят и хотят максимально принимать участие в его жизни.

В.: У ребенка, конечно, должно быть понимание, что есть два основных человека в его жизни — папа и мама. Но как можно его лишать остальной любви?

Р.: Я могу судить по тому, как воспитывали нас. Свое детство я помню достаточно хорошо, а про мужа могу сказать, поскольку вижу его в социуме, вижу его в семье, в отношении ко мне, в отношении к людям. И для меня Влад пример того, каким должен быть человек.

В.: (Иронично.) Ох, ты просто меня еще плохо знаешь...

Р.: Это как в той шутке: «Муж, мы еще не так близко знакомы, чтобы я при тебе взвешивалась!» (Смеется.) Так вот, я могу сказать, что Влад свободный человек во всех смыслах слова «свобода». Я прекрасно знаю, как его воспитывали, как родители брали его на гастроли с группой «Икс-Миссия» (отец Влада Андрей Соколовский был руководителем коллектива. — Прим. ОК!): в одной руке чемодан, в другой — маленький Влад. И мне кажется, что это круто. Вот я была очень домашней, я была маминым ребенком. Я не ходила в ясли, не ходила в сад, поэтому у меня была болезненная привязка к маме.

В.: Была?! (Смеется.)

Р.: Она до сих пор есть, да. Может быть, только сейчас я начинаю учиться без нее существовать. Помню, когда мама задерживалась на работе на двадцать минут, я выбегала на улицу ее искать, тряслась, не случилось ли чего страшного. Если я сейчас прилетаю в другую страну, а у нас с Владом еще не включился роуминг и я не могу написать СМС, что всё хорошо, то начинаю паниковать и сходить с ума. Я иногда маму так опекаю, что допекаю. Сижу на берегу и пристально наблюдаю, как она плавает, чтобы не начала тонуть. Не дай бог. (Смеется.) Мама иногда говорит: «Мне пятьдесят лет, ты можешь меня оставить в покое, я взрослый человек. Я хочу одна сходить в магазин, отстань от меня!» (Смеется.) Короче говоря, я понимаю, что эта истеричная сверхопека над мамой, которая порой досаждает не только ей, но и мне самой, — прекрасный пример того, как мне не надо относиться к будущим детям. Я буду стараться контролировать себя по отношению к ребенку, буду воспитывать его социально адаптированным. Я себя уже настраиваю на то, что родила, пару недель посидела с ним, потом спокойно отдала маме, если нужно съездить по делам на пару часов, и ничего страшного, не надо звонить каждые пять минут...

В.: Поживем — увидим.

Р.: Это да. Иногда ты уверен, что знаешь о себе всё, а жизнь показывает, что ты о себе вообще ничего не знаешь.

Это вы сейчас о чем?

Было такое, когда мне предложили возглавить направление «Творчество» в Федеральном агентстве по делам молодёжи, где пришлось управлять большим коллективом. Сначала я немного побаивалась. Думала, что татуированную певичку не будут воспринимать как руководителя и специалиста. В итоге я неожиданно для себя оказалась монстром! То есть с Владом дома я такая «ми-ми-ми», прямо девочка-девочка: «Если Влад сказал, что надо так, то и ладно, пусть будет так, это же мужчина сказал». А тут просто в тирана превратилась! (Смеется.) Мне даже позвонил босс и попросил быть помягче с людьми, типа они плачут, говорят, что ты очень требовательная, не даешь присесть на две секунды. Вот этого я от себя никак не ожидала, думала, что буду творческой размазней.

То есть из вас двоих Рита будет «злым полицейским»? Бдительным, заботливым, но жуть каким строгим?

Р.: Ну нет.

Мне кажется, что ребенка надо просто очень сильно любить. Многие думают, что ребенок — это такая ответственность, это тяжелый труд и чуть ли не героизм. На самом деле, думаю, всё слишком преувеличено. Если есть любовь, всё остальное приложится.

Иногда, когда я в слезах звоню маме и говорю «Ма, ну какая из меня мать, я никогда не смогу быть такой, как ты!», она мне говорит: «Рита, я поначалу тоже не знала, что с тобой делать, когда ты орала по ночам. Качала тебя на руках, а про себя думала: «Ну пожалуйста, любимая, заткнись уже, заткнись, заткнись!» (Смеется.) Но пришло же как-то, ничего страшного, и к тебе придет».

В.: Она так и не заткнулась... (Смеется.)

Р.: Есть такое. Поэтому пока ничего определенного сказать нельзя... Хорошо, если бы я была похожа на маму. Она была идеальной во всех смыслах. Она и сейчас во всех смыслах идеальная. Влад очень любит, когда она приезжает: «Тещенька приедет, ура, будет вкусно, весело, чисто, классно!»

В.: Ну всё, мамсик прочитает этот материал и потом каждый раз будет приезжать и убирать нашу хату. (Смеются.) Мама, отдыхай, у нас есть люди, которые получают за это деньги!

Р.: Кстати, хотела добавить еще к разговору о подписчиках. Сейчас некоторые люди пишут нам злобные комменты, что наша красочная жизнь закончится с появлением ребенка. Типа наслаждайтесь-наслаждайтесь, пока детей нет. Они просто проецируют свои комплексы и свои страхи на других. А я вот считаю, не стоит обращать внимания на тех, кто преподносит материнство как героизм, кто говорит: «Забудь о себе на целый год, потому что сначала гормоны, потом колики, потом зубы...» Мне нравится позиция Влада: «У нас будет так, как у нас».

В.: Есть прекрасная фраза, которую любит вся наша семья. Она очень ржачная, но в ней дофига морали и глубины: «Всё как ты захочешь».

Ребята, судя по вашей подвижности, рожать вы полетите куда-нибудь на острова или в Штаты…

В.: Нет, мы сделаем это в России. У нас вся активная фаза беременности — это лето...

Р.: Фруктики, черешня...

В.: То есть мы можем ездить за город, к родителям. Если бы беременность выпадала на холодную серую пору года, мы бы никогда тут не рожали.

Р.: У нас было два варианта: поехать рожать на Бали и не поехать рожать на Бали. (Смеется.) Взвесив какие-то временные накладки по передвижениям и прочее, мы решили, что, наверное, первого ребенка мы будем рожать дома. Подруги посоветовали мне чудесного доктора из перинатального медицинского центра «Мать и дитя» на Севастопольском Татьяну Олеговну Нормантович (она там главный врач), и я безумно в нее влюбилась с первой же встречи. Смешно, в центре мне в какой-то момент сказали, чтобы я не переживала, что у них для публичных пар есть отдельный подъезд, комфортабельный люкс, а мне, честное слово, вообще всё равно, с Татьяной Олеговной я готова рожать хоть в поле! Это же очень важно — врач, который ведет тебя во время беременности. С обычным-то врачом хорошо бы совпасть по мироощущениям, а тут такая ответственная задача! Я на днях ей звоню: «Татьяна Олеговна, я так кофе хочу, просто сдохну сейчас как хочу!» А она отвечает: «Ну и выпей». Я говорю: «Нельзя же кофе, говорят, что кофеин плохо влияет на плод, что ребенок будет маленький, худой...» А она мне: «Рита, пожалуйста, не читай интернет, только любовные романы! Закажи себе латте, хочешь, от меня двойную порцию. Всё, пока». Или еще у меня были пунктики: «Татьяна Олеговна, все девочки беременные пьют витамины, есть миллионы витаминов для беременных, какие мне купить?» А она говорит: «Не надо тебе никакие витамины, выдохни, пожалуйста, у тебя идеальные анализы. Если вдруг тебе что-то понадобится, я скажу, какие витамины пить». И всё в таком духе. То есть я вообще не бешеная «беременяшка», я суперрасслабленная и спокойная. И врач у меня такой же.

После родов зимовать вы, наверное, всё-таки полетите на Бали?

Р.: Да, мы рожаем, два месяца тусуемся за городом с родителями, с нашей бешеной семейкой...

В.: ...И с ней же валим на Бали на целых два месяца.

Р.: Я уже предвосхищаю комменты особо чувствительных подписчиков: «Он же маленький, как он полетит? Там же комары малярийные, там же тарантулы, собаки бездомные повсюду!»

В.: А здесь выхлопные газы...

Р.: Кстати, малышу надо будет сделать карту, чтобы мили копить. Чтобы он к двадцати годам накопил на кругосветочку...

В.: ...И аккаунт на миллион подписчиков.

Р.: Да, мы, кстати, не хотим закрывать лицо ребенка на фотографиях в Сети. Потому что, во-первых, мы считаем, что это очень естественно и очень круто, а во-вторых, надеемся, что мы убедим кого-то не бояться вступать в брак и рожать детей. Еще мы недавно приняли решение, что будем делать свой блог — такой family channel на YouTube. Будем там показывать, что жизнь после родов существует. (Смеются.)

В.: Уже планируем огромное количество поездок, работы, мы покупаем квартиру. Это будет, по сути, блог, рассчитанный на очень разную аудиторию — от мамочек с рекомендациями, что выбрать для ребенка, до тех, кому сейчас нужен совет по выбору строительных материалов.

Что ж, желаю вам всяческих успехов!

Р.: Это всё? И вы не хотите послушать историю, как это всё произошло, где?

В.: Рита... (Улыбается.)

Р.: Что? Это тоже на Бали произошло... Ровненько там же, где два с половиной года назад мне Влад предложение сделал, прикиньте! Прямо в том же месте!

В.: Да, в наш первый Бали я сделал предложение, во второй Бали мы уже были мужем и женой, в третий — заделали ребеночка, а в следующем году, получается, мы уже со слингом будем...

Р.: Бали — это наше магическое место! Прямо за пару дней до зачатия я бросила курить! Я же таким курильщиком была заядлым, все об этом знали. «Дакота пропагандирует курение в клипе «Перчатки». Правда, у меня было несколько попыток бросить, но что-то мне всегда мешало. И вот на Бали я получила несколько знаков подряд, причем таких, что просто офигеть! Последний меня окончательно добил. Я разломала пачку, запихала под камень и сказала Вселенной: «Всё, я всё поняла!» И потом, недели через три, узнала, что беременна. Представляете? (Смеется.)

Текст: Евгения Белецкая. Фото: Ярослав Клоос

Стиль: Алеся Матящук. Макияж и прически: Юлия Яковлева

Новое на сайте
Звёзды
Все материалы