Влад Соколовский и Рита Дакота рассказали о карьере, любви и грядущем пополнении в семье

Влад и Рита вместе уже три года. Открытые, позитивные, душевные — они во всех смыслах приятные люди. 

Фотография: Ярослав Клоос
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости

Их отношения идеально характеризует такое немного устаревшее понятие, как «товарищество», когда между людьми не только любовь, не только влечение и страсть, но и дружба, партнерство. Влад Соколовский и Рита Дакота не просто пара, они — семья. И очень скоро в этом семействе грядет пополнение!

Сейчас раннее утро, за окном дождь, а вас это как будто не касается — настроение у вас приподнятое!

Рита: Что вы, мы проспали! Вчера работали до четырех утра! Мы сейчас закажем завтрак и сразу начнем общаться, хорошо?

(Рита заказывает кашу, Влад — омлет.)

Р.: А я знала, что ты именно это выберешь.

Давно ты начала так говорить?

Влад: Всегда так было.

Р.: Да, с самого начала, это не приобретенный опыт.

В.: Мы постоянно этому удивлялись, смеялись, а потом просто привыкли. Мы называем это явление объединенным биополем.

Вы знакомы уже лет десять, правильно?

В.: Да, 3 июня 2007 года у нас был тот самый кастинг на «Фабрике звёзд»...

Р.: А ровно два года назад, 3 июня, была свадьба и венчание.

Перед интервью я изучила ваш Instagram. Вы там так откровенно говорите о своих отношениях, о любви, легко и открыто демонстрируете миру свои эмоции.

В.: Разве это плохо?

Это очень хорошо! Просто сейчас только ленивый не говорит в интервью, что счастье любит тишину.

Р.: Скорее зависть любит тишину. А счастье тишина как раз губит. Сколько бы шикарных песен не случилось, если бы все думали, что о счастье надо помалкивать! Если бы Стиви Уандер, когда у него родилась дочь, не написал потрясающей красоты песню Isn’t She Lovely...

В.: У Боба Марли не было бы, наверное, девяноста девяти процентов песен, если бы ему не хотелось делиться с миром своими чувствами.

Р.: Да и вообще, если слушать общественность, подписчиков в том же Instagram, то можно сойти с ума, можно обрести биполярное расстройство. Сначала нам писали: «Зачем вы скрываете, что у вас отношения? Вам что, стыдно?» Когда мы заявили, что мы пара, началось: «Зачем вы всем рассказываете о любви, это ведь сокровенное!»

Часто баните подписчиков?

В.: Да, часто!

Р.: Почти каждый день человек по двадцать.

В.: Понятное дело, что среди полутора миллиона наших подписчиков есть люди с абсолютно разными мнениями. Есть люди, которые трясутся над своими отношениями — боятся сглазить. Но это очень опасная игра, на мой взгляд.

Р.: Сглаз — это вообще отдельная тема. Я тут недавно прочитала шутку под фотографией мамы с двумя детьми. Старшей девочке лет пять, второй ребенок — новорожденный. И у младенца лицо затерто смайликом. Очень смешной был комментарий: «Правильно, старшая уже взрослая, пусть от сглаза отбивается сама!»

Вот вы сейчас рассказываете о том, что скоро станете родителями. Наверняка вам найдут что сказать на этот счет.

Р.: Да, можно себе представить! Всё те же люди, которые писали «Когда уже ребеночка? Пора!», начнут говорить: «Что вы так рано-то, погуляли бы еще!» (Смеется.)

А вы сами не думали, что рано? Вы планировали такое развитие событий?

Р.: Мы хотели детей, но я не люблю словосочетание «запланированный ребенок», это ужасно. Когда два человека в браке уже два года, то странно считать ребенка неожиданным. Это не может быть сюрпризом, это нормальное развитие отношений любой здоровой пары.

Далеко не все пары готовы к такому повороту в жизни.

В.: Да, есть такие и среди наших друзей, которые открыто говорят, что они child-free. Это их выбор, их позиция. Но мы, когда еще только начали жить вместе, сразу обсудили в том числе и «детский» вопрос. Я честно сказал, что не вижу смысла просто встречаться — ходить в кино или пить кофе в кафе.

Зачем вообще пацану отношения, если он хочет остаться свободным? Если можно тусоваться и менять девочек, зачем напрягаться? А если уж ты созрел для серьезных отношений, если строишь планы на будущее, думаешь о свадьбе, то и к появлению детей вполне должен быть готов.

Судя по вашим аккаунтам, вы много путешествуете — постоянно в движении, всегда на волне. Но всякий раз это не просто отдых — вы снимаете клипы в разных уголках мира, совмещаете приятное с полезным?

В.: Да, так получается. А с прошлого года мы вообще работали почти без отдыха. У меня вышел альбом, потом сингл в сентябре, у Риты осенью запустился ее сольный проект — премьера клипа «Полчеловека», который взорвал интернет и музыкальные чарты. Весь декабрь мы гастролировали, в январе планировали съемки моего клипа, в феврале отсняли его на Бали и выпустили. В марте мы отсняли Рите сразу два клипа в Нью-Йорке, когда узнали, что ждем малыша: один, так сказать, впрок и еще ролик на песню «Боюсь, что да», который сейчас бьет все рекорды по просмотрам. А недавно мы сняли еще один клип — на мой новый сингл «Иди ко мне», который я посвятил Рите. Поэтому в мае мы поехали отдыхать. Вот только вернулись с Мальдив, где ни одной минуты не работали. (Смеется.) Ничего не делали — загорали, ели, наслаждались друг другом, читали книжки...

Р.: У меня ровно половина чемодана была забита книгами!

В.: Вторая половина — купальниками. (Смеется.)

То есть вы способны нажать на паузу и заглушить свой внутренний мотор?

Р.: Мы называем это заземлением. У нас есть энный период во время большого отдыха, когда поначалу мы вообще ничего не делаем. Например, когда мы были на Бали, у нас неделя ушла на заземление. Мы могли за это время даже на пляж не выехать или из дома не выйти, просто «тюленили», просыпались во сколько хотели, делали что хотели...

В.: Приходили в себя. Если представить усталого человека в виде клубка, то мы себя как бы разматывали. Ты себя разматываешь, разматываешь, не смотришь на время, не думаешь, что тебе куда-то надо идти, ехать, спешить... И примерно через недельку ты такой обновленный, свежий, расслабленный...

Р.: И думаешь: «Ну всё, погнали!»

И опять съемки клипов и записи песен?

В.: Не только. Я тут осваиваю, скажем так, новую для себя профессию. За последние полгода я снялся в двух картинах. Об одном проекте, к сожалению, еще говорить нельзя, но это очень популярный сериал на очень популярном канале. Я там играю роль молодого корреспондента. А второй фильм — это историческое кино для канала «Россия» про боярыню Салтыкову, которую играет Юлия Снигирь. И у меня там одна из ключевых ролей. Так вышло, что это моя первая большая драматическая история.

Вы сами решили ходить на пробы, или вас позвали?

Весь последний год я ходил на пробы в очень разные проекты. Куда-то не брали, куда-то брали, в силу кризисной ситуации многие проекты сворачивались. Но лед тронулся, и всё пошло-поехало.

Не боитесь, что скажут: «Еще один певец решил стать актером»?

Мне вообще пофиг, что говорят. Я прислушиваюсь только к тем, кого считаю авторитетным в том или ином вопросе. Все остальные могут оставить свое мнение при себе. В этом смысле у нас обоих развит очень такой хороший пофигизм...

Р.: В том плане, что мы не питаем иллюзий, мы стараемся оставаться честными и адекватными. У нас нет такого, что мы хотим везде успеть. Вот Влад — настоящий артист. Я не могу назвать своего мужа только музыкантом, он — артист. А я вот чистейший музыкант. До того как прогремела моя первая сольная работа «Полчеловека», побив внезапно все рекорды скачиваний и репостов и дав мне своеобразного пинка под зад, чтобы петь дальше, я почти семь лет сидела в каморке и писала топовым артистам хиты, известные на всю страну. Страна знает и любит песни Лободы, Ёлки, Ани Лорак, Аниты Цой, а то, что их автор Рита Дакота, никто не знал. Я и правда не могу назвать себя артистом, и когда, например, из той же компании, куда Влад ходил на пробы, звонят и предлагают и мне прийти, я отказываюсь. Я не актриса...

В.: Просто ты скептически к этому относишься...

Р.: Нет, я не скептически к этому отношусь, я глубоко уважаю актерское ремесло, просто у меня не получается, а я не делаю того, что у меня не получается. Я же не жарю мясо, например. У меня не получается сделать это так круто, как у тебя...

В.: Но ты даже не пробовала его жарить!

Р.: Я пробовала тысячу раз, но у меня не выходит.

В.: Просто ты не пробовала его жарить со мной! Кладешь классный кусочек на сковородку — и три с половиной минуты с одной стороны, три с половиной минуты с другой, разрезал, посмотрел — всё, медиум, дальше пошли. (Смеется.) На самом-то деле я сам долго не верил в эту актерскую историю. Столько предложений разных было, мол, ты попробуй, вот эти снимались и те снимались. Но это не моя профессия. Я артист балета, певец, композитор, саунд-продюсер — кто угодно, но не актер, у меня язык не поворачивался так себя назвать.

Р.: Вот он, мой любимый тип людей, — когда талантливый человек не знает, что он талантлив. Обожаю тебя!

В.: Плюс что предлагали-то? Сыграть себя, конечно. А я не хотел играть себя, это ужасно вообще! Сорри, конечно, никого не хочу задеть, но я считаю, что если в фильме ты играешь себя, то это полная фигня, это смотреть вообще без слез нельзя, просто какой-то провал... Но потом был проект на Первом канале «Театр Эстрады», где я согласился принять участие. Мне стало интересно, потому что там много жанров, много разных образов, и это очень круто. Я там победил по зрительскому голосованию, а Стас Костюшкин, с небольшим отрывом, — по голосованию жюри. И как-то я там разыгрался. (Улыбается.) У меня появился агент, мы годик походили по пробам, сначала не срасталось, а в какой-то момент хоп — и щелкнуло. Непонятно как, может быть, потому, что поначалу я несерьезно к этому относился, но, в общем, пошло.

Влад, вы сказали, что прислушиваетесь только к мнению авторитетных для вас людей. Это вы родителей имели в виду?

В.: Я имел в виду уважаемых людей — редких профессионалов своего дела в моем окружении, а еще родителей, семью и самых близких друзей.

А как вы считаете, родители должны говорить детям правду, вот такую, какая она есть? Или всё-таки должны по голове гладить?

Р.: Знаете, нам сложно приводить какие-то примеры, основываясь на нашей семье. Наш с родителями случай вообще уникальный... У нас есть такой чатик семейный, где Влада родители, мои, мы и, в общем, вся семья. Мы обсуждаем там всё. Вот просто всё, что происходит в жизни. Откровенно, без прикрас. Нас там и похвалят, и послать могут тоже, если будет за что. Мне кажется, что если бы этот чат кто-нибудь почитал, то наших родителей за отдельные пассажи могли бы лишить родительских прав. (Смеется.) Просто наши отношения с родителями нельзя назвать обычным примером отношений «отцы и дети». Безусловно, мы их любим и уважаем, прислушиваемся к их мнению, просим совета. Но они больше наши друзья, наша компания. Может, такой и должна быть семья?

В.: Да, нам уже давным-давно, еще на ранней стадии отношений, было сказано, что «ребята, как бы у вас там ни сложилось, мы теперь одна семья». Родители и с нами, и уже без нас ездят вместе путешествовать. А мамы могут по скайпу на шопинг сходить — одна в Москве, другая в Минске.

Р.: Да, наши мамы уже наших детей поделили, мол, когда «эти» поедут в гастрольный тур, я буду сидеть, а вот в декабре у них уже стоят концерты, значит, я в Минск заберу на месяц... Я говорю: «Мы еще даже никого не родили!» (Смеется.) И я считаю, что это прекрасно. Есть мнение, что ребенку нужна мама 24/7, типа это неправильно, когда мама работает еще хоть кем-то, кроме мамы, плохо и неправильно, если ребенком иногда занимаются бабушки. Мы с Владом как-то решили обсудить эту догму и единогласно пришли к мнению, что это, наоборот, очень круто, когда у новорожденного малыша уже есть офигенная настоящая большая семья — с бабушками, дедушками, дядями, тетями, которые его ждут, любят и хотят максимально принимать участие в его жизни.

В.: У ребенка, конечно, должно быть понимание, что есть два основных человека в его жизни — папа и мама. Но как можно его лишать остальной любви?

Р.: Я могу судить по тому, как воспитывали нас. Свое детство я помню достаточно хорошо, а про мужа могу сказать, поскольку вижу его в социуме, вижу его в семье, в отношении ко мне, в отношении к людям. И для меня Влад пример того, каким должен быть человек.

В.: (Иронично.) Ох, ты просто меня еще плохо знаешь...

Р.: Это как в той шутке: «Муж, мы еще не так близко знакомы, чтобы я при тебе взвешивалась!» (Смеется.) Так вот, я могу сказать, что Влад свободный человек во всех смыслах слова «свобода». Я прекрасно знаю, как его воспитывали, как родители брали его на гастроли с группой «Икс-Миссия» (отец Влада Андрей Соколовский был руководителем коллектива. — Прим. ОК!): в одной руке чемодан, в другой — маленький Влад. И мне кажется, что это круто. Вот я была очень домашней, я была маминым ребенком. Я не ходила в ясли, не ходила в сад, поэтому у меня была болезненная привязка к маме.

В.: Была?! (Смеется.)

Р.: Она до сих пор есть, да. Может быть, только сейчас я начинаю учиться без нее существовать. Помню, когда мама задерживалась на работе на двадцать минут, я выбегала на улицу ее искать, тряслась, не случилось ли чего страшного. Если я сейчас прилетаю в другую страну, а у нас с Владом еще не включился роуминг и я не могу написать СМС, что всё хорошо, то начинаю паниковать и сходить с ума. Я иногда маму так опекаю, что допекаю. Сижу на берегу и пристально наблюдаю, как она плавает, чтобы не начала тонуть. Не дай бог. (Смеется.) Мама иногда говорит: «Мне пятьдесят лет, ты можешь меня оставить в покое, я взрослый человек. Я хочу одна сходить в магазин, отстань от меня!» (Смеется.) Короче говоря, я понимаю, что эта истеричная сверхопека над мамой, которая порой досаждает не только ей, но и мне самой, — прекрасный пример того, как мне не надо относиться к будущим детям. Я буду стараться контролировать себя по отношению к ребенку, буду воспитывать его социально адаптированным. Я себя уже настраиваю на то, что родила, пару недель посидела с ним, потом спокойно отдала маме, если нужно съездить по делам на пару часов, и ничего страшного, не надо звонить каждые пять минут...

В.: Поживем — увидим.

Р.: Это да. Иногда ты уверен, что знаешь о себе всё, а жизнь показывает, что ты о себе вообще ничего не знаешь.

Это вы сейчас о чем?

Было такое, когда мне предложили возглавить направление «Творчество» в Федеральном агентстве по делам молодёжи, где пришлось управлять большим коллективом. Сначала я немного побаивалась. Думала, что татуированную певичку не будут воспринимать как руководителя и специалиста. В итоге я неожиданно для себя оказалась монстром! То есть с Владом дома я такая «ми-ми-ми», прямо девочка-девочка: «Если Влад сказал, что надо так, то и ладно, пусть будет так, это же мужчина сказал». А тут просто в тирана превратилась! (Смеется.) Мне даже позвонил босс и попросил быть помягче с людьми, типа они плачут, говорят, что ты очень требовательная, не даешь присесть на две секунды. Вот этого я от себя никак не ожидала, думала, что буду творческой размазней.

То есть из вас двоих Рита будет «злым полицейским»? Бдительным, заботливым, но жуть каким строгим?

Р.: Ну нет.

Мне кажется, что ребенка надо просто очень сильно любить. Многие думают, что ребенок — это такая ответственность, это тяжелый труд и чуть ли не героизм. На самом деле, думаю, всё слишком преувеличено. Если есть любовь, всё остальное приложится.

Иногда, когда я в слезах звоню маме и говорю «Ма, ну какая из меня мать, я никогда не смогу быть такой, как ты!», она мне говорит: «Рита, я поначалу тоже не знала, что с тобой делать, когда ты орала по ночам. Качала тебя на руках, а про себя думала: «Ну пожалуйста, любимая, заткнись уже, заткнись, заткнись!» (Смеется.) Но пришло же как-то, ничего страшного, и к тебе придет».

В.: Она так и не заткнулась... (Смеется.)

Р.: Есть такое. Поэтому пока ничего определенного сказать нельзя... Хорошо, если бы я была похожа на маму. Она была идеальной во всех смыслах. Она и сейчас во всех смыслах идеальная. Влад очень любит, когда она приезжает: «Тещенька приедет, ура, будет вкусно, весело, чисто, классно!»

В.: Ну всё, мамсик прочитает этот материал и потом каждый раз будет приезжать и убирать нашу хату. (Смеются.) Мама, отдыхай, у нас есть люди, которые получают за это деньги!

Р.: Кстати, хотела добавить еще к разговору о подписчиках. Сейчас некоторые люди пишут нам злобные комменты, что наша красочная жизнь закончится с появлением ребенка. Типа наслаждайтесь-наслаждайтесь, пока детей нет. Они просто проецируют свои комплексы и свои страхи на других. А я вот считаю, не стоит обращать внимания на тех, кто преподносит материнство как героизм, кто говорит: «Забудь о себе на целый год, потому что сначала гормоны, потом колики, потом зубы...» Мне нравится позиция Влада: «У нас будет так, как у нас».

В.: Есть прекрасная фраза, которую любит вся наша семья. Она очень ржачная, но в ней дофига морали и глубины: «Всё как ты захочешь».

Ребята, судя по вашей подвижности, рожать вы полетите куда-нибудь на острова или в Штаты…

В.: Нет, мы сделаем это в России. У нас вся активная фаза беременности — это лето...

Р.: Фруктики, черешня...

В.: То есть мы можем ездить за город, к родителям. Если бы беременность выпадала на холодную серую пору года, мы бы никогда тут не рожали.

Р.: У нас было два варианта: поехать рожать на Бали и не поехать рожать на Бали. (Смеется.) Взвесив какие-то временные накладки по передвижениям и прочее, мы решили, что, наверное, первого ребенка мы будем рожать дома. Подруги посоветовали мне чудесного доктора из перинатального медицинского центра «Мать и дитя» на Севастопольском Татьяну Олеговну Нормантович (она там главный врач), и я безумно в нее влюбилась с первой же встречи. Смешно, в центре мне в какой-то момент сказали, чтобы я не переживала, что у них для публичных пар есть отдельный подъезд, комфортабельный люкс, а мне, честное слово, вообще всё равно, с Татьяной Олеговной я готова рожать хоть в поле! Это же очень важно — врач, который ведет тебя во время беременности. С обычным-то врачом хорошо бы совпасть по мироощущениям, а тут такая ответственная задача! Я на днях ей звоню: «Татьяна Олеговна, я так кофе хочу, просто сдохну сейчас как хочу!» А она отвечает: «Ну и выпей». Я говорю: «Нельзя же кофе, говорят, что кофеин плохо влияет на плод, что ребенок будет маленький, худой...» А она мне: «Рита, пожалуйста, не читай интернет, только любовные романы! Закажи себе латте, хочешь, от меня двойную порцию. Всё, пока». Или еще у меня были пунктики: «Татьяна Олеговна, все девочки беременные пьют витамины, есть миллионы витаминов для беременных, какие мне купить?» А она говорит: «Не надо тебе никакие витамины, выдохни, пожалуйста, у тебя идеальные анализы. Если вдруг тебе что-то понадобится, я скажу, какие витамины пить». И всё в таком духе. То есть я вообще не бешеная «беременяшка», я суперрасслабленная и спокойная. И врач у меня такой же.

После родов зимовать вы, наверное, всё-таки полетите на Бали?

Р.: Да, мы рожаем, два месяца тусуемся за городом с родителями, с нашей бешеной семейкой...

В.: ...И с ней же валим на Бали на целых два месяца.

Р.: Я уже предвосхищаю комменты особо чувствительных подписчиков: «Он же маленький, как он полетит? Там же комары малярийные, там же тарантулы, собаки бездомные повсюду!»

В.: А здесь выхлопные газы...

Р.: Кстати, малышу надо будет сделать карту, чтобы мили копить. Чтобы он к двадцати годам накопил на кругосветочку...

В.: ...И аккаунт на миллион подписчиков.

Р.: Да, мы, кстати, не хотим закрывать лицо ребенка на фотографиях в Сети. Потому что, во-первых, мы считаем, что это очень естественно и очень круто, а во-вторых, надеемся, что мы убедим кого-то не бояться вступать в брак и рожать детей. Еще мы недавно приняли решение, что будем делать свой блог — такой family channel на YouTube. Будем там показывать, что жизнь после родов существует. (Смеются.)

В.: Уже планируем огромное количество поездок, работы, мы покупаем квартиру. Это будет, по сути, блог, рассчитанный на очень разную аудиторию — от мамочек с рекомендациями, что выбрать для ребенка, до тех, кому сейчас нужен совет по выбору строительных материалов.

Что ж, желаю вам всяческих успехов!

Р.: Это всё? И вы не хотите послушать историю, как это всё произошло, где?

В.: Рита... (Улыбается.)

Р.: Что? Это тоже на Бали произошло... Ровненько там же, где два с половиной года назад мне Влад предложение сделал, прикиньте! Прямо в том же месте!

В.: Да, в наш первый Бали я сделал предложение, во второй Бали мы уже были мужем и женой, в третий — заделали ребеночка, а в следующем году, получается, мы уже со слингом будем...

Р.: Бали — это наше магическое место! Прямо за пару дней до зачатия я бросила курить! Я же таким курильщиком была заядлым, все об этом знали. «Дакота пропагандирует курение в клипе «Перчатки». Правда, у меня было несколько попыток бросить, но что-то мне всегда мешало. И вот на Бали я получила несколько знаков подряд, причем таких, что просто офигеть! Последний меня окончательно добил. Я разломала пачку, запихала под камень и сказала Вселенной: «Всё, я всё поняла!» И потом, недели через три, узнала, что беременна. Представляете? (Смеется.)

Текст: Евгения Белецкая. Фото: Ярослав Клоос

Стиль: Алеся Матящук. Макияж и прически: Юлия Яковлева

Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости