Андрей и Алексей Чадовы: «У нас партнерство в крови»

На канале НТВ сразу две премьеры с участием братьев Чадовых. Оба снялись в сериале «Дело чести», и еще Алексей сыграл двух персонажей в сериале «Мёртв на 99%», который выйдет в эфир в марте.

Фотография: Ольга Тупоногова-Волкова

Совместный проект показался нам хорошим поводом и для совместного интервью. В процессе выяснилось, что мнения Алексея и Андрея практически ни в чем не совпадают.

Как вам кажется, «дело чести» сегодня актуальное понятие?

Алексей: Думаю, в нашей современной жизни, когда все стремятся к комфорту и безопасности, этому понятию сложно найти применение. Дела с честью уместны там, где неспокойно, там, где кипят настоящие страсти, где опасность, там, где люди играют по-крупному и живут широко. У каждого свое дело чести. Что касается истории, которая сейчас идет в эфире НТВ, то это классическая криминальная драма про молодых ребят, братьев, которые теряют близких при трагических обстоятельствах. Конечно, для них дело чести — отомстить виновным. Точнее, не отомстить, а добиться справедливости. Мой герой молод, у него сложный яркий характер. В какой-то момент он, несмотря на благую цель, запутывается и просто не может справиться со своими страшными эмоциями и заходит слишком далеко.

По сюжету один из братьев, Иван, для мести выбирает криминальный путь и внедряется в банду, а второй, Александр, с той же целью становится адвокатом. Не странный выбор профессии для мстителя? Разве адвокат не должен быть гибким, хитрым, лояльным?

Андрей: Для моего героя это дело чести. Он такой. Но разумеется, в прокуратуре, как и везде, может сидеть какая-нибудь продажная свинья, которая к чести не имеет никакого отношения.

Раз уж мы заговорили на такие темы, предлагаю не снижать планку. Кто для вас образец человека чести, настоящий мужчина?

Андрей: В детстве для меня настоящим мужчиной был Виктор Цой.

Понимаете, когда у мальчиков нет отца, как это было у нас, они везде ищут соответствующий образ. У Цоя было всё, что нужно: и мужественность, и харизма. Позднее таким героем для нас в какой-то степени стал Тальков.

Алексей: А для меня сначала был Тальков. Игорь Тальков — тогда это было всё. Когда мы были совсем маленькими, нам было лет по восемь-десять, мы в Уральске у бабушки нашли пластинку. Она называлась «Россия», кажется. Там были песни «КПСС», «Глобус»... Всего девять песен. И мы ее постоянно крутили на таком старом советском проигрывателе. Как в десять лет мы такое слушали? Что мы понимали? Тальков был героем.

Сейчас такие люди есть?

Алексей: Да, полно. Федя Емельяненко для меня абсолютный герой. Именно герой, не кумир. Я не создаю себе кумиров и не преклоняюсь ни перед кем. Считаю, это не совсем правильно. Но Фёдор Емельяненко для меня образец настоящего мужчины. Сергей Викторович Лавров — настоящий мужчина и большой человек, политик, дипломат. Не перевелись еще на Руси настоящие мужики.

Андрей, а кто ваш герой?

Андрей: Сейчас для меня нет такого человека. Нет героя. Но понятия чести, правды, истины — они будут всегда. И вчера, и сейчас, и через сто пятьдесят лет. Хаос, который нас окружает, всё равно рано или поздно во что-то превратится. Хаос иногда нужен. Вселенная ведь тоже родилась из хаоса. Мы живем во время передела: старое ушло, а новое еще не появилось. Посмотрите на музыку. Нету сейчас на музыкальном олимпе таких, как Майкл Джексон, Джордж Майкл или Queen.

Есть Оззи Осборн.

Алексей: Есть Metallica.

Андрей: Они уже все старые. И так по всем фронтам. В искусстве происходит то же самое, что и в обществе.

Так вам и карты в руки! Кто-то же должен стать героем нашего времени?

Алексей: Конечно, должен. Но для этого нужны режиссер, продюсер, серьезная большая компания. А мы, актеры, всего лишь наемные рабочие. Мы можем только правильно сделать выбор и качественно играть свою роль. От актера меньше всего зависит, но на него больше всего смотрят, потому что он на экране. А хотеть мы, конечно, хотим. Вот был бы я музыкантом, писал бы музыку, всё зависело бы от меня. Но я не музыкант. И не пишу сценарии, и не снимаю своих фильмов. Пока.

Разве не вы автор трека «Не страшно» для «Дела чести»?

Алексей: Я и Владимир Кормилицын, профессиональный музыкант, гитарист. Мы иногда сочиняем для души. И вот под впечатлением от работы решили написать саундтрек. Показали на канале, там понравилось. Но я не позиционирую себя как музыканта. Я актер в первую очередь.

Это у вас не первый совместный проект, верно?

Андрей: Да, мы играли вместе в фильмах «Живой» и «Slove. Прямо в сердце».

Вам комфортно вместе на площадке?

Андрей: У родственников партнерство уже в крови, и нам не нужно искать какие-то точки соприкосновения. Это делает работу более комфортной. Особенно в кино. В театре все-таки есть возможность порепетировать месяц-два. Это время нужно не только чтобы выучить текст, но и чтобы приспособиться друг к другу. Но когда любящие люди, например муж и жена, играют в кадре любовь, это другой уровень партнерства.

Актерская профессия — коллективная. Ты взаимодействуешь с другими актерами. И того ощущения близости, которое есть между родственниками, просто невозможно добиться с артистом, которого видишь в первый раз. Вы только вышли на площадку, только познакомились — и нужно сразу играть любовь, дружбу или встречу после армии.

Между вами есть конкуренция?

Алексей: Я раньше говорил «нет», а сейчас знаю, что да. Между актерами конкуренция существует по умолчанию. Это в подкорке. Хотя ты и понимаешь, что чисто по-человечески должен радоваться за брата.

Это чувство помогало на съемках? Там же по сюжету братья конкурируют — и в мести, и в любви…

Андрей: Я вообще не думаю о таких вещах, как конкуренция. Я думаю над своей ролью. Мой герой в сценарии был прописан очень скупо. Такой добренький, типичный положительный герой. А это скучно. Всегда интересно играть плохишей. Для меня было важно найти другие грани этого персонажа, обеспечить «широту образа». Потому что люди не состоят только из положительных или только из отрицательных качеств.

А в жизни вы готовы к встрече со своим мистером Хайдом?

Андрей: Есть такое выражение «Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь». Вообще люди для меня делятся на две категории: те, кто работает над собой — духовно ли, нравственно ли, чтобы приблизиться к свету, — и те, кто ничего не делает и деградирует. Мне, конечно, ближе первые.

Алексей: Что касается истории про темных двойников, то скоро выйдет сериал «Мёртв на 99%», в котором я сыграл двух разных людей, но с одним лицом. Один из них, беглый преступник Змей, нашел максимально похожего на себя человека — успешного архитектора Артёма Артова, сделал пластическую операцию, и они стали один в один. С одной стороны, это было интересно, а с другой — дико сложно. Потому что люди внешне абсолютно одинаковыми быть не могут.

Как вы сыграли разницу?

Алексей: Надо сначала посмотреть, сыграл ли! (Смеется.) А вообще у меня, как и у многих актеров, есть свои секреты в работе с такими образами.

Хорошо бы и в жизни знать секрет, как определить, хороший перед тобой человек или так себе. У вас есть свои способы?

Андрей: Это сложно. Я доверчивый, добрый парень и часто разочаровываюсь в людях. С опытом ты, конечно, становишься внимательнее, но бывают такие актеры от природы. Не знаю, как это назвать, но это дар божий. Таким людям сразу веришь. Да и они сами верят в то, что говорят. Но только у тебя какие-то проблемы, как все красивые задушевные слова тут же куда-то исчезают.

Любовь до гроба — это не про наше время.

Алексей: Это всё уже в прошлом. Это наши бабушка с дедушкой шестьдесят лет вместе прожили и, слава богу, продолжают жить. Раньше люди боялись разводиться. Это выглядело, мягко говоря, не комильфо. Во мне, видимо, присутствует этот ген — «советский».

В первое время после развода я тоже себя как-то некомфортно ощущал, а вот в Лос-Анджелесе все так живут. Там люди сходятся, рожают детей, разводятся и живут каждый своей жизнью. Но я считаю, что дети до определенного возраста должны расти в полноценной семье.

Представьте, вы в беде, и можно сделать один звонок. Кому вы позвоните?

Алексей: Конечно, в первую очередь брату. Но я вам скажу, судьба меня баловала. У меня очень крутые друзья. Они мне действительно как родственники. Андрюха даже ревнует иногда. Но это круче любви, вот такая мужская классная дружба.

А Андрей, по-моему, скорее отключит телефон…

Андрей: Нет, я первый позвоню.

То есть любовь любовью, а братья Чадовы делают ставку на семью…

Алексей: А что такое любовь? Страсть, дикое влечение, гормоны. Потом это всё проходит и отношения переходят на другой уровень. Мне вот этот уровень интересен, где семья, сплоченность, люди смотрят вперед и идут одной дорогой, когда можно на человека положиться как на друга. Как на брата.

Андрей: Семья — это всегда хорошо. В нашем детстве родственники были разбросаны по всей стране. Рядом была только мама. Поэтому ощущения большой семьи, клановости не было. И сейчас мы стараемся как можно чаще собираться вместе: бабушка, дедушка, мама, Лёша, я.

Племянника Фёдора часто видите?

Андрей: Да, конечно. Смотрю на него и не могу понять, откуда он такой взялся — существо по имени Федя. Ласковый, интересный. Дай бог, чтобы у него всё было хорошо.

Алексей: Федя Андрея просто обожает. Видит и сразу к нему бежит. К папе тоже бежит, любит папу, но вот с Андреем у них какие-то особенные отношения.

Алексей, говорят, чтобы воспитывать ребенка, нужно сначала воспитать себя. Чему вы научились за три года отцовства?

Алексей: Не сквернословить в доме. Выбирать слова. Не раздражаться и вообще не проявлять никаких негативных эмоций. То есть быть таким лапочкой и душечкой, каким я, собственно, и являюсь. (Смеется.) Сложно только отказаться от телефона. Я счастлив, что живу в эпоху гаджетов, что у меня есть телефон и четырехколесный агрегат и я могу взять и уехать куда угодно.

Но когда я при Феде беру в руки телефон, он говорит: «Пап, не надо». Приходится прятаться, чтобы написать эсэмэску. Мне сложно нырнуть с головой в детство. В голове всегда куча всего из взрослой жизни, и мне нравится с этим жить. Но иногда, общаясь с Федей, я реально превращаюсь в милую заботливую мамашу, и это, конечно, забавно.

Текст: Юлия Сонина. Фото: Ольга Тупоногова-Волкова

Стиль: Полина Шабельникова. Груминг: Анна Харитонова