Виктория Исакова: «Я как жена декабриста пришла к мужу по снежной дорожке»

Разговор актрисы с главным редактором ОК! Вадимом Верником о профессии, любви к огородничеству и о семейной жизни

Фотография: Ольга Тупоногова-Волкова
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости

«Однажды я снимал актрису Викторию Исакову в своей телепередаче «Кто там...» на «Культуре». За несколько дней до съемки спросил, есть ли у нее хобби. «Конечно, — ответила Вика, — я рисую». В результате мы сняли ее за мольбертом, потом сняли и картины. А позже Исакова призналась мне, что кисточку она взяла в руки впервые и что все картины нарисовала специально для передачи! «Раз ты спросил о хобби, значит, это было нужно, и я не могла сказать «нет». Кстати, картины оказались вполне концептуальными... Мне кажется, Вика перфекционистка во всём, что она делает. Сегодня она невероятно востребованна в профессии и, конечно, счастлива, что наступило Ее время»,— пишет Вадим Верник

Вика, когда у меня вчера был первый съемочный день в фильме Александра Молочникова «Мифы о Москве», где ты тоже снимаешься, я на своей шкуре почувствовал, что такое актерский труд. Чтобы на две минуты войти в кадр, сколько времени нужно ждать! Кино — это бесконечный зал ожидания.

Поздравляю, Вадик, с дебютом! Ты абсолютно прав насчет актерской профессии: в кино важно научиться ждать. Много-много лет назад, когда я только начинала сниматься, мне сказали, что главное — правильно прожить промежуток между тем, когда ты приехал на съемочную площадку, и тем, когда вошел в кадр. Это ожидание может длиться и шесть часов, и семь, и восемь, съемки могут быть на улице, в холоде. Так что теперь ты понимаешь, какая это тяжелая профессия и как важно в ожидании кадра научиться сохранять хоть какую-то энергию.

Как ты эту энергию сохраняешь? Поделись.

В идеале в паузах нужно спать, просто присесть или прилечь и спать. Я вот могу спать в любом положении — стоя, сидя. Организм уже приучен к режиму сохранения энергии.

На самом деле я в восторге от проекта «Мифы о Москве». Саша — режиссер-дебютант в кино, а собрал такое количество великолепных актеров! Сергей Безруков, Фёдор Бондарчук, Вика Исакова, Ксения Раппопорт, Паулина Андреева, Ирина Розанова, Иван Ургант, мой брат Игорь... Замечательный оператор Леван Капанадзе, он снимал «Даму Пик» режиссера Павла Лунгина и его же сериал «Родина».

Да, мы на «Родине» с Леваном полгода отработали. Вообще команда на «Мифах о Москве» прекрасная, ты прав.

В этом фильме ты предстаешь в непривычном амплуа — играешь острохарактерную роль.

Да, моя героиня — жена артиста, великого артиста, который переиграл уже всех и вся (в этой роли Серёжа Безруков). Она абсолютно сумасшедшая, потому что невозможно сохранить здравый ум, живя с таким человеком. Ее муж пребывает в постоянных истериках, он всё время в состоянии нервного срыва. В общем, они нашли друг друга.

Ты, кажется, входишь во вкус. Только что на канале ТНТ показали сериал «Пьяная фирма» режиссера Григория Константинопольского, и у тебя там роль тоже очень эксцентричная.

Я, к сожалению, не успела посмотреть ни одной серии «Пьяной фирмы». У меня уже давно существует такая история, что я дорожу процессом больше, чем результатом. Так складывается жизнь. Ты сам это поймешь, когда будешь сниматься из картины в картину. (Смеется.)

Спасибо, конечно, Вика, что ты прочишь мне блистательную актерскую карьеру, но все-таки занятие журналистикой мне пока ближе.

Посмотрим. (Улыбается.) Безусловно, как нормальный, амбициозный человек я хочу, чтобы результат был «ах какой» фантастический! А результат ведь зависит не только от тебя. Поэтому, повторяю, моя настоящая любовь — это кинопроцесс, театральный процесс. И если везет, если ты оказываешься в команде, в которой процесс проходит на ура, это значит, что жизнь прожита не зря. Вот Гришу Константинопольского я знаю с шестнадцати лет, но никогда у него не снималась, он мне ничего не предлагал. И я всегда думала: ну значит, во мне нет чего-то такого, что нужно ему, он же абсолютный безумец, с фантастическим чувством юмора, часто снимает черные комедии. Я думаю, как же в его голове столько всего варится, как всё это возникает?..

После стольких лет нашего общения он присылает мне сценарий «Пьяной фирмы», и я ему говорю: «Боже, боже, Гриша, я даже читать не буду, я так хочу у тебя сниматься!» А потом читаю и понимаю, что у меня там какая-то микроскопическая роль, всего две сцены. Я расстроилась, а Гриша мне говорит: «Ты сошла с ума — ты будешь играть мечту! Ничего важнее в жизни не может быть».

Как красиво звучит: «Ты будешь играть мечту».

Эта героиня по сценарию — женщина-мечта персонажа Миши Ефремова, она очень странная, не совсем здоровая опять же, настоящая королева гротеска. Ее зовут Мальвина, она ходит с пуделем Артемоном, которого пытается вывести... из запоя. У меня был потрясающий партнер — пудель, он гениально сыграл.

Похоже, у тебя, Вика, началась новая эра. Ты со своими героинями уже так «настрадалась» в кино! Теперь пора и посмеяться.

Да, наплакалась, точно. Хотя я совсем не против драматических ролей, переживаний, характера, в котором скрыт глубокий смысл. Кино — это же про отношения. На самом деле первый раз я поняла, что такое смех, когда мы сыграли в Театре Пушкина «Женитьбу Фигаро». До этого у меня не складывалось с комедиями. И я ужасно боялась этих предложений, потому что не знала, как подступиться к таким ролям, тут какая-то другая система координат. А сейчас мне это так нравится, может, время пришло. Но ведь начать смеяться никогда не поздно. Наверное, я и правда немного «переела» драмы.

И в жизни в том числе?

Ну нет, жизнь моя очень спокойная, а вот в театре и кино — да, перенасытилась.

Этим летом мы вместе были на Каннском кинофестивале, где фильм Кирилла Серебренникова «Ученик» с твоим участием попал в программу «Особый взгляд». Я был свидетелем того, как великолепно приняли картину.

С «Учеником» на самом деле сложная история. Я не понимаю, с чем это связано, но она здорово принимается иностранцами и очень сложно принимается русскими. Хотя картину смотрят и обсуждают. Помню, несколько лет назад я шла по «Мосфильму» — тогда только что вышел «Левиафан» Андрея Звягинцева, который мне очень понравился, — и чуть ли не в каждом кабинете ругали эту картину. И это притом, что у фильма уже были и номинации, и регалии. «Ученика» не то чтобы ругают, но его расчленяют, будто раскладывают по каким-то отдельным полкам.

Ну послушай, фильм был в Каннах, и это уже победа. Ты, кстати, великолепно выглядела на красной дорожке. А какие у тебя самой были ощущения?

Во-первых, я ужасно хотела туда поехать.

Ты первый раз была на этом фестивале?

В Каннах в качестве участницы — да, первый раз. Это совсем другая история, нежели просто поехать посмотреть кино, погулять и так далее. Как раз в это время я снималась в картине Карена Шахназарова «Анна Каренина» (я играю там Долли). И вот захожу на «Мосфильм» к Карену Георгиевичу, объясняю ему, как мне важно поехать в Канны, умоляю перестроить график. Шахназаров говорит, мол, хорошо, я попробую, а через несколько дней слышу от него: «Вика, это невозможно, у нас экспедиция, без тебя там нечего делать, мы не можем ничего изменить, к сожалению. Но ты не отчаивайся, ты же потрясающая артистка, будешь ездить в эти Канны с новыми картинами каждый год».

А я думаю: «Боже мой, у меня больше никогда не будет никаких Канн, я хочу туда попасть прямо сейчас!» Но в результате всё идеально сложилось, видимо, потому, что я должна была там оказаться. А недавно я встретила Карена Георгиевича, и он говорит мне: «Вика, к сожалению, твоя роль не вошла в фильм». — «Как это не вошла? Я же так долго снималась?!» Он уточнил, что роль не вошла в киновариант, но мой персонаж есть в телеверсии.

Сильно расстроилась?

Да нет. Опять же, это к вопросу о процессе.

А как насчет актерского тщеславия?

Стараюсь с этим справляться. (Смеется.)

У нас в ноябре была премия ОК!. Ты победила в номинации «Главный герой. Кино». Так проголосовали зрители.

Для меня эта победа важная и неожиданная. Когда я вышла на сцену, подумала, надо ведь было как-то подготовиться на всякий случай. А я сказала какую-то ерунду, ничего толкового. Но мне было особенно приятно, что в этой номинации я оказалась в такой хорошей компании артистов. Это имеет значение, с кем в компании ты проигрываешь или выигрываешь. Важно, когда артиста замечают и отмечают, и этого не бывает много.

Кирилл Серебренников, например, заметил актрису Вику Исакову давно. Мне кажется, это абсолютно твой режиссер.

Сказать «давно» — это не сказать ничего. Я еще в 2003 году снималась в его сериале «Дневник убийцы», в театре мы много работаем вместе. Я его понимаю, у меня какое-то ощущение, что с ним я чувствую сегодняшнее время. Сейчас мы планируем новую постановку — «Маленькие трагедии» Пушкина в «Гоголь-центре». Я так распределила свою жизнь, чтобы два месяца полностью принадлежать театру.

Поздравляю! Кого же ты играешь?

Сразу две роли — Дону Анну и Лауру.

Здорово. Ты работаешь нон-стоп, у тебя, кажется, нет ни пауз, ни остановок.

Есть-есть! Прошлым летом у меня была достаточно большая пауза: с середины мая по сентябрь.

И как ты заполнила эту паузу?

До конца июня был театр. А потом?.. Что же было потом? Видишь, я всё измеряю рабочими графиками. Потом месяц с семьей отдыхали на море, в Черногории.

Я знаю, что ты переехала в Подмосковье.

Да! Теперь я садовод-любитель, грядки всякие: перец, кабачки, огурцы, зелень...

Вот уж никак грядки с тобой не ассоциируются.

Ты что, я это всё обожаю! Могу часами сидеть и копаться в клубнике. Это мой личный способ релаксации. Иногда бывает так, что ночью приезжаю, иду с фонариком и смотрю, как у меня там что выглядит. А зимой мы обязательно наряжаем елку на улице. В общем, мы стали абсолютно деревенскими жителями. Никогда не думала, что так выйдет. Правда, сам переезд из Москвы давался мне тяжело.

Тяжело психологически?

Да. Я полгода металась между Москвой и загородом, у меня все вещи оставались в московской квартире.

А Юра (кинорежиссер Юрий Мороз, муж Виктории. — Прим. ОК!) был настроен решительно. Он переехал в Подмосковье и категорически заявил, что Москва в этом плане его больше не интересует. В какой-то момент мне стало понятно, что если я останусь в городе, то видеться мы вообще не будем.

И ты как настоящая жена декабриста…

Да, как жена декабриста пришла к мужу по снежной дорожке. (Улыбается.) Но сейчас я понимаю: пускай поздно возвращаюсь домой и очень рано надо выезжать обратно, но за эти пять-шесть часов, которые остаются на сон, я прекрасно восстанавливаюсь! Правда, машина превратилась в дом на колесах, там есть всё: одежда, несколько пар обуви, косметика, еда, вода, подушка, плед...

Ты сама за рулем?

Сейчас уже нет. А потом, я с восемнадцати лет за рулем, возила всех всегда, была общим водителем. Но после переезда за город это стало невозможным. Когда по два-три часа проводишь в пробке, можно много полезного сделать, или просто книгу почитать, или поспать.

В восемнадцать лет ты уже села за руль. Вообще рано стала самостоятельной?

По сути, да. Мне кажется, в восемнадцать я уже была абсолютно зрелым человеком.

Что на это повлияло, как ты думаешь?

Не знаю. Я была абсолютно залюбленным ребенком, росла в очень комфортных условиях. Но не было каких-то критических ситуаций, которые способствовали бы моему взрослению, просто мама всегда серьезно относилась к моему мнению, всерьез воспринимала меня с самого детства.

Мне никогда не говорили: «Ты ничего в этом не понимаешь, отойди». Я всегда общалась со взрослыми на равных.

У тебя сильный характер, крепкий, это я давно заметил. Вы в этом отношении с Морозом друг друга стоите.

Нет, что ты! Я девочка-девочка абсолютная. (Улыбается.) Ну ладно, я хитрюга. Только делаю вид, что у меня слабый характер, всегда веду себя соответствующим образом, будто я ничего не могу сделать сама. Хотя, конечно же, я всё могу, но приятнее существовать в режиме «ну сделайте всё за меня».

Но мужа-то не обманешь, он хорошо знает твой характер.

Да, он знает.

Вот как вы, две такие сильные личности, уживаетесь вместе?

Методом проб и ошибок, методом долгих-долгих притирок.

Юра тебя старше, но при этом нет ощущения, что у вас большая разница в возрасте. У него молодая душа.

Возраст вообще ерунда. Дело не в возрасте. Помимо того что человек, с которым я живу уже много лет, старше меня на двадцать лет, многие мои друзья сильно младше, многие старше. Любые отношения — это химия.

Химия должна быть не только в любви, но и в дружбе?

Безусловно. Это вопрос интересов, это вопрос того, что люди говорят на одном языке. Ведь бывают такие истории (думаю, у тебя это тоже случалось): общаетесь с человеком, вы вроде бы очень близки, а потом бац — и в разные стороны. Вы развиваетесь в разных системах и с разной скоростью. Например, человек отстал, а ты ушел вперед, и вам уже не о чем говорить. В семейной паре то же самое.

У нас с Юрой разные периоды бывают. Бывают моменты, когда мы существуем в полной гармонии и понимании друг друга, а бывает, когда мы в раздрае, в раздражении, друг на друга в том числе. Вообще не существует семейных пар, у которых не возникает проблем. Если их нет, это очень подозрительно. (Смеется.)

Что ж, такова диалектика жизни... Ты вот сказала, что елку вы будете наряжать во дворе. Новый год для тебя сугубо домашний праздник?

Мы уже очень давно решили с Юрой, что Новый год — это домашний праздник. К нам приезжают родители, Даша, очень близкие друзья, самые-самые.

Гостей встречаешь собственной стряпней?

Да, я готовлю. Слушай, так смешно говорить сначала, что я много работаю, а потом о том, что я готовлю. Но когда есть возможность — да, я стою у плиты, люблю это дело. На Новый год готовлю то, к чему мы все привыкли, всё «советское». Фирменных блюд у меня нет, но приготовить могу всё.

И снова о кино. Мне кажется, что на сегодняшний день ты одна из самых востребованных актрис своего времени. Ты думала о том, почему именно сейчас такой спрос на Исакову?

Вадим, моя востребованность — это иллюзия. Нет-нет, конечно же, у меня много предложений, но востребованность для меня — это когда я получаю то, что сама хочу. А получаю я такие роли крайне редко. Надеюсь, в апреле выйдет телевизионная картина «Частица вселенной», сценарий написала Алёна Званцова, автор «Оттепели», она здесь еще и режиссер. У меня одна из главных ролей.

Опять на экране страдаешь?

После того как мы отсняли часть материала, я спросила у Валерия Тодоровского (он продюсер этого фильма): «Ну что, Валерий Петрович, расскажите о своих впечатлениях». И он мне говорит: «Вика, всё у вас хорошо — красиво ходите, прекрасно страдаете». Я обиделась тогда ужасно. «Неужели, — говорю, — вы больше ничего не можете мне сказать?»

Разве это плохо, когда говорят, что ты красивая? Особенно в кино.

Всё относительно. Десять человек про меня скажут «какая она красивая», а другие десять — «какая же она уродина»!

Ну, ты сейчас кокетничаешь... На что только не идут актрисы, чтобы сохранить внешнюю привлекательность. Вот я смотрю на тебя — у тебя такое естественное лицо.

Я, конечно, побаиваюсь каких-то внешних изменений. Мне дико хочется сохранить голову на плечах, чтобы взрослеть и стареть достойно. Я вижу, как маниакально люди хотят удержать молодость, а на деле получается только хуже.

Вот-вот.

У меня пока еще есть дистанция, временной промежуток, я могу эти мысли пока отодвинуть. Вот мне в этом году исполнилось сорок лет, и ты знаешь, я себе очень нравлюсь в этом возрасте. Я не про цифру говорю, а про то, какая я сегодняшняя, как я развиваюсь. Мне все-таки нравится, что я остаюсь в режиме, когда у меня есть возможность выбирать то, что я делаю. И я к этому с трепетом отношусь, не с пресыщенностью какой-то и не с тем, что «ладно, давайте, кто больше заплатит», а именно с трепетом.

Сегодня у меня, безусловно, гораздо больше предложений, чем было в молодые годы. Возможно, мой актерский возраст, самый лучший мой период, случился после тридцати пяти лет. Я себя очень органично чувствую во всей этой истории. Посмотрим, что будет дальше.

Сорокалетие не отмечала?

У меня, знаешь, была совершенно потрясающая история на этот счет. Я так решила, что отмечать сорок лет не буду, есть какая-то дурацкая примета, что эту дату не отмечают. И я договорилась со своими подружками прекрасными, что мы в мой день рождения просто вместе пообедаем. В этот день мы с Юрой только прилетели из Парижа, звонит мне одна подруга и спрашивает, можем ли мы перенести встречу на час. «Да, конечно». А я сижу дома, и мне так не хочется никуда идти, так хочется просто поваляться, лень страшная. Юра говорит: «Нет, раз ты договорилась, значит, надо идти, давай я тебя отвезу».

Приходим в ресторан, где столик заказан на имя моей подруги, нас ведут через весь зал, открывается еще одна дверь, я захожу туда, а там сидят все мои друзья, огромное количество народу, и кричат «С днем рождения»! Это было так неожиданно. Пела моя любимая Варвара Визбор — это был подарок, потому что все знают, что она мне нравится. Вот так я «не отмечала» свой день рождения. Всё решили за меня. (Улыбается.)

Вообще тебе нравится этот сумасшедший ритм, когда с самолета на поезд, в машину, на съемки, и всё по замкнутому кругу?

Знаешь, я понимаю, что это всё, видимо, и есть наша жизнь. В другом ритме я уже не могу существовать. И Юра не может. Мы с удовольствием живем в таком ритме, хотя я могу ныть о том, как устала, как мне всё надоело, как я хочу полежать дома, и так далее. Но три-четыре свободных дня — и я уже не знаю, чем себя занять.

Скажи, а у тебя бывают такие мысли: начнется новый год, начну жить по-другому?

То есть что с нового года начнется новая жизнь? Да, вот всё собираюсь бросить курить. Каждый год я себе это говорю. Но пока бросить не получается. Конечно же, я планирую, что буду более внимательна к себе, к своему здоровью, к своей физической форме, что спортом начну заниматься. Знаешь, мой товарищ недавно мне сказал: «Я исключил из своей жизни тех людей, которые не хотят быть счастливыми». Я желаю и читателям ОК!, и самой себе сохранять желание быть счастливыми. Настрой на позитив — наверное, это и есть самый лучший подарок.

Фото: Ольга Тупоногова-Волкова. Ассистент фотографа: Константин Егонов

Стиль: Татьяна Лисовская. Макияж: Анна Хоменко/Sorme Treatment Cosmetics

Прически: Александр Суконщиков/L’Oréal Paris

Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости