Тони Майерс: «Мы видели, как строилась МКС, как эволюционировали корабли, как менялась наша планета»

Режиссер документальных фильмов «Космическая станция 3D» и «Телескоп Хаббл в 3D» привезла в Москву новую ленту «Прекрасная планета» и выставку, посвященную ей.

Фотография: Максим Кашин
Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости

Премьера фильма «Прекрасная планета» прошла в московском кинотеатре «Октябрь». Здесь же открылась и выставка, посвященная фильму. На ней можно увидеть фотографии, сделанные с орбиты, материалы, посвященные Юрию Гагарину, мини-фильм о космосе и другие интересные вещи. Одним из почетных гостей мероприятия стал Сергей Крикалёв, советский и российский космонавт, рекордсмен планеты по суммарному времени пребывания в космосе (с октября 2005 до июня 2015 года; новый рекорд установил Геннадий Падалка), Герой Советского Союза и первый Герой России.

«Прекрасная планета» — это фильм и о Международной космической станции, и о Земле. МКС сегодня совсем иная, нежели та, которая была, когда мы только начинали делать фильмы. Сейчас она похожа на отель, потому что к ней постоянно пристыковываются новые модули, — с улыбкой говорит режиссер. — Идея в том, что и космическая станция, и Земля — это своеобразные системы жизнеобеспечения. Люди не смогли бы выжить без земной атмосферы, точно так же как астронавты не смогли бы отправиться в космос без поддерживающих жизнь скафандров. Хотелось бы, чтобы фильм вдохновил людей, показал им, какая Земля большая и прекрасная. Это наш дом».

Тони Майерс и Сергей Крикалев

Была ли у вас цель показать зрителю, что Земля нуждается в защите?

Да, но саму Землю не хотелось бы показывать с точки зрения загрязнения окружающей среды. Наоборот, планета красива. Мы, ее жители, можем сплотиться и справиться с трудностями вместе. Саманта Кристофоретти (первая итальянская женщина-космонавт. — Прим. ОК-MAGAZINE) высказала очень интересную мысль: «Все земляне должны думать о ближних так же, как думают друг о друге члены команды астронавтов в космосе — мы зависим друг от друга». Надеюсь, наши дети возьмут эту идею. Кстати, Саманта и сама скоро станет мамой, уже в ноябре. (Улыбается.)

Правильно ли я понимаю, что изначально вы не планировали получать профессию режиссера и тем более снимать фильмы о космосе?

Совершенно верно. Я начинала как ассистент фильм-менеджера. Мой тогдашний бойфренд был музыкантом, и все наши друзья тоже были музыкантами. Я единственная работала в киноиндустрии, но при этом очень любила музыку. Поэтому после переезда в Лондон (и расставания с бойфрендом) я начала заниматься рок-видео. Если точнее, там я встретила будущего мужа, который уже этим занимался, и мы с ним вместе начали снимать концерты, делать шоу для BBC и так далее.

В 60-х мы сняли пять фильмов для Джона Леннона и Йоко Оно. Когда The Beatles стали распадаться, Джон организовал собственный лейбл и начал привлекать молодых артистов. Тогда же к нему попала и я, чтобы помогать ему с клипами и продакшеном.

В то время IMAX только зарождался, и когда у меня заканчивались деньги, я ездила в Канаду, чтобы делать фильмы для IMAX, а потом возвращалась в Лондон за «рок-н-роллом». (Смеется.)

Юный зритель на выставке, посвященной фильму

Вы росли в период тотальных изменений в космической отрасли. Следили за ней? Мечтали о полетах?

Главным вдохновением для меня стал первый полет человека вокруг Земли и всё, что связано с Юрием Гагариным. До этого был «Спутник-1», мы слышали сигнал с него на Земле — волшебство! Потом высадка на Луну... Знаете, когда американские астронавты готовились к этой операции, я была тинейджером, и мы с бойфрендом отправились на вечеринку, посвященную «прилунению». Каждый гость приносил с собой телевизор, и они оказались везде: в доме, на заднем дворе, на деревьях, в ванне… Собрались где-то сто пятьдесят гостей, и каждый пришел с телевизором. (Улыбается.)

Читала, что в IMAX вы попали абсолютно случайно…

Как ни странно, я познакомилась с сооснователем IMAX Грэмом Фергюсоном на музыкальной вечеринке в Нью-Йорке. Он, как и я, канадец. Я была там всё с тем же первым бойфрендом, Грэм сидел на диване, и мы просто разговаривали. Потом он начал говорить о фильме, который хочет снять (это происходило еще до создания IMAX), и мне идея понравилась… В общем, мы с Грэмом работаем уже пятьдесят лет. Он также стал сооснователем компании, которая занимается космическими разработками и съемками. Ему скоро 87, и он до сих пор мой ментор и учитель для нас всех. Никогда не знаешь, что случится на вечеринке! (Смеется.)

Режиссер Тони Майерс в Москве

Как, по-вашему, изменилась космическая отрасль с тех пор? Многое ли увидели вы лично?

Хороший вопрос, об этом я могу долго говорить! (Смеется.) По-настоящему мы начали работать над фильмами о космосе в 81-м, и в 84-м мы впервые запустили на орбиту камеру. Одной из наших первых тем было производство космического шаттла, потом, в 80-х и 90-х, мы видели, как запускалась программа «Спейс шаттл», затем первый «Вояджер» отправился исследовать Солнечную систему… Мы видели, как две совершенно разные культуры — США и Россия — сплотились, чтобы создать нечто грандиозное — Международную космическую станцию. Мы снимали, как строилась МКС, и я провела много времени на космодроме «Байконур» в Казахстане. Потом я наблюдала эволюцию МКС и космических кораблей. Появился телескоп «Хаббл», Китай отправил в космос своих первых тайконавтов (так они называют астронавтов)… Мы видели, как менялся «космос» и наша планета. Очень многое случилось за это время.

А что скажете о технологиях для съемки в космосе?

Девяносто процентов картин мы снимали на пленочные камеры IMAX с 70-миллиметровой пленкой. В них нужно было постоянно менять кассеты. Мы отправляли их на МКС, затем забирали у астронавтов по возвращении, ехали проявлять в специализированной лаборатории… С «Прекрасной планетой» это уже не сработало, потому что закрылась американская программа «Спейс шаттл», и Россия стала единственным «перевозчиком», который мог доставлять астронавтов и материалы (пленку нельзя отправить большой партией в космос и оставить там — она портится из-за радиации). Но космический корабль «Союз» так мал, что может уместить максимум три человека и пару носков. (Смеется.) То есть места для камер там физически не было. Тогда NASA предложили рассмотреть цифровой вариант. Мы долго тестировали камеры, улучшали их, и результат превзошел ожидания. «Прекрасная планета» — наш первый фильм, снятый на «цифру».

Кадр из фильма 'Прекрасная планета'

Кадр из фильма

Астронавты сами снимают на МКС, верно? Вы их обучали?

Да, мы тренировали их несколько месяцев, чтобы они могли с этими камерами улететь в космос. Фактически мы учили их работать режиссерами, операторами. У них очень плотное расписание основных тренировок, и в каком-то смысле это стало для них развлечением. Но в системе приоритетов NASA и «Роскосмоса» съемка фильмов далеко не на первом месте, поэтому сначала астронавты выполняли свои задачи — поддерживали работу станции, помогали друг другу, занимались экспериментами, а потом уже уделяли время нашим делам.

Случалось ли так, чтобы камеры подвели или набралось недостаточно материала?

Нет, никогда такого не было. Единственное, цифровые камеры тоже подвергаются воздействию радиации. На картинках у нас проявлялись пиксели. Астронавты нашли выход: они делали несколько кадров с закрытыми объективами, смотрели, где эти пиксели проявляются, и отмечали эти места, а мы потом каждый кадр отснятого материала «чистили» вручную. Ребята говорили: «Не волнуйтесь, мы привезем вам столько материала, что вы не будете знать, что с этим делать». (Улыбается.) Самое интересное то, что они позвонили мне прямо из космоса в мой день рождения.

Начало показа в зрительном зале кинотеатра 'Октябрь'

Да вы что! Вот так взяли и позвонили?

(Улыбается.) Да. Чтобы связаться с астронавтами с Земли, надо пройти длинную цепочку ответственных лиц: написать сообщение, отправить младшему сотруднику, который передаст кому-то постарше, и так до директора полетов. И каждый из этих людей может внести в сообщение что-то свое. В итоге иногда астронавты получали нечто совершенно противоположное тому, что мы хотели сказать изначально… Тогда они звонили и спрашивали: «Вы действительно именно это имели в виду?» (Смеется.) Так что мы разговаривали довольно часто.

Ваши фильмы озвучивали Леонардо Ди Каприо, Том Круз, Дженнифер Лоуренс… Как вам с ними работалось? Они делились с вами мыслями, мечтами?

Да, конечно. И с Томом, и с Дженнифер, и с Леонардо было очень интересно работать. Леонардо и Дженнифер очень трепетно относятся к окружающей среде, их волнует, что происходит в мире, и они с удовольствием согласились принять участие, несмотря на то, что не видели фильм до начала работы. Том Круз согласился работать с нами, потому что хотел полететь в космос, а мы могли познакомить его с нужными людьми. Он квалифицированный пилот, летает на «Гольфстриме», и он очень любит космос. Не важно, какого «размера» голливудская звезда: когда речь идет о космосе, они совершенно как дети. (Улыбается.) Мы всё сделали, привезли Тома, его родителей и тогдашнюю возлюбленную Пенелопу Крус в космический центр… Всё шло к тому, что он полетит, но потом случилась трагедия — взорвался шаттл «Колумбия», и программу закрыли.

Дженнифер Лоуренс и Тони Майерс в работе. Фото: IMAX Corporation

Сценарии для актеров-рассказчиков вы пишете сами?

Да, когда астронавты возвращаются на Землю из космоса, мы с ними встречаемся, садимся за стол на кухне и разговариваем. Я кладу маленький диктофон, прямо как вы сейчас, и провожу с ними интервью. Знаете, было забавно, когда я показала Дженнифер (Лоуренс) небольшую часть фильма и она увидела Саманту. Она была потрясена.

«Это же реальная суперзвезда! Хочу с ней познакомиться!» — воскликнула тогда Дженнифер. Она согласилась поддержать нашу премьеру в Нью-Йорке, и Саманта тоже приехала, так что они все-таки познакомились.

Какие теперь у вас планы? Не собираетесь вернуться к съемкам океанского мира?

Что вы, я еще не отдохнула от этой работы! Каждый фильм занимает где-то четыре года, поэтому сейчас у меня перерыв.

Чем же вы занимаете это время?

Провожу время с семьей — своим любимым человеком, с сыном, маленькой внучкой Лолой… Кстати, сын работает в IMAX, но он далек от того, что делаю я. Мой партнер работает графическим дизайнером, а падчерица — поэтесса, у нее опубликовано уже много вещей. А еще у нее двое детей, и недавно она вышла замуж в третий раз. (Смеется.) Мой муж, к сожалению, ушел из жизни в 2010 году. Он был художником. Я уже говорила, мы сделали с ним много фильмов... Сейчас в Торонто планируется ретроспектива его работ. Поэтому, как видите, мне есть чем заняться. О новых фильмах я подумаю позже. (Улыбается.)

Новое на сайте
Звёзды
Все материалы
горячие новости
Все новости