20 апреля 2017

Леонид Парфёнов: «Если я говорю на камеру, у меня нет волнения»

Гостем очередного выпуска «ОК на связи!» стал известный журналист, телеведущий и режиссер Леонид Парфёнов. Немало любопытных заявлений услышали гости студии и зрители. Леонид рассказал о своих новых шоу, а также о перезапуске телеканала RTVi.

Фотография: DR

Леонид, расскажите для начала о перезапуске телеканала RTVi. Что ждет зрителей?

Этот канал не имеет определенной спецификации, он обо всем. Там будут и авторские проекты, и новости, и многое другое. RTVi перезапускается 15 мая, первый выпуск выйдет 19-го числа того же месяца. Но мне кажется, что более важную роль играет не эфирное вещание, а то, как потом контент расползается по Сети, имеют ли резонанс те или иные программы, смотрят их потом или не смотрят.

Вы готовите к выходу сразу два новых проекта. Расскажите о них немного подробнее.

«"Намедни в караоке" – это метод воспоминания истории, эпохи, событий через песни. Первыми гостями программы станут Юрий Стоянов, тот самый мэр «Городка», и Егор Кончаловский.

Они будут, так скажем, давать интервью через песни, напевая то одну, то другую. А в конце программы гость поет одну песню вчистую, а я, как могу, ему помогаю.

Дело в том, что песни, массовая культура очень простодушно, ясно и доходчиво передают дух определенного времени. Например, каждый раз, когда хотят объяснить, что было в 30-е годы, заводят либо песню «Рио Рита», либо «Утомлённое солнце нежно с морем прощалось». В этом я вижу эмоциональный способ передачи информации.

Что касается второго проекта (у него еще нет названия), мы предполагаем в «намедневском» духе рассказать о том, что происходило в том или ином году. Наверное, начнем с 1946-го и предположительно завершим 1960-м. Это будет феноменальная, чисто журналистская история, без гостей, где я буду единственным повествователем. Там тоже есть песни, но они не доминируют.

«Намедни в караоке» не первый музыкальный проект для вас. Расскажите о том, как пришла мысль создать программу «Старые песни о главном»?

Мы собрались втроем – я, Константин Эрнст и Алла Пугачёва. Дело было на ее концерте в Нижнем Новгороде. Мы как раз обсуждали – а что если вернуть все эти песни? Ведь все советские песни – это своеобразные выходные арии. Вот выходит человек и говорит: «Хвастать, милая, не стану, знаю сам, что говорю». Он такой хвастун, видимо, не очень хороший работник, задавака — это, конечно, Газманов. Женщина трудной судьбы, много пережила – это сама Алла Борисовна. Сельский лирик, вернулся из армии, а девчонка не дождалась – это, конечно, Пресняков. Девки-сплетницы, разведенки, работницы в сельпо, тараторки-сороки – это Отиева и Долина. Ну и так далее. Это были те самые архетипы, с помощью которых можно передать эпоху.

Когда вы придумываете очередную передачу, на что вы опираетесь: что интересно лично вам или аудитории?

В одной нашей старой программе Богдан Титомир сказал такую фразу, которая потом ушла в народ: «Пипл хавает».

Вот, нужно учитывать и то и то. Всегда нужно идти на компромисс между тем, что собираешься сделать ты, и что интересно аудитории. Какой смысл просто так самовыражаться?

Если бы книжки «Намедни» никто не покупал, их бы, во-первых, никто не стал издавать, потому что они дорого обходятся, а во-вторых, я не графоман, чтобы писать просто так и пачкать бумагу.


Вы всегда работаете на камеру. Ощущаете ли вы разницу, когда приходится выходить, скажем, на театральную сцену?

Если я говорю на камеру, у меня нет волнения, я знаю, как донести информацию до зрителя, с какой энергетикой работать. Опять же мне гораздо проще делать жест навстречу отсутствующему человеку, чем непосредственно обращаться к сидящей напротив аудитории, просто потому, что у меня нет такого опыта.

Если вернуться к вашим программам и к журналистике в целом. Как, по вашему мнению, меняются форматы?

Видно сильное влияние соцсетей на журналистику, сами жанры мутируют. Нужно постоянно наблюдать и чувствовать все изменения. Если же вам это не удается – у вас другое ремесло. Форматы меняются постоянно, поэтому нельзя сказать, какие конкретно изменения произойдут и как журналисты будут работать в будущем. Это всё зависит от чутья. Нужно уметь определить самостоятельно – вот такой вариант подходит, а такой нет.

И последний вопрос. Вы не боитесь делать то, что считаете нужным, из-за этого порой у вас возникают некоторые трудности профессионального характера. А за свою жизнь вам приходилось опасаться?

Перестаньте, если постоянно думать об опасности, не надо было идти в эту профессию. В таком случае надо сидеть дома и возле теплой батареи вязать чулки.