Патрисия Каас

Были времена, когда концерт Патрисии Каас казался настоящим событием. Я сама помню, как в 90-х на ее выступление в Петербурге очереди выстраивались от зала «Октябрьский» и прямо до Московского вокзала. Еще бы, ведь приезжала настоящая, невиданная звезда!

А вот сегодня Патрисией Каас никого не удивишь: она все время в Москве — с концертами, с рекламой и даже с песнями, записанными в дуэте с уже не самой популярной группой «Umа2rmаH». Возможно, именно так выглядит зенит славы — вот о чем я, собственно, и хотела побеседовать с Патрисией. Ведь никогда не знаешь, пора ли уже остановиться или карьера хороша, какой бы она ни была.

Но честно говоря, увидев Патрисию Каас, я не решилась задавать ей слишком жесткие вопросы. Передо мной была пусть и не очень счастливая, но невероятно интеллигентная, вежливая и самодостаточная женщина. За два дня съемок и интервью она ни разу ни на кого не подняла голос, была исключительно профессиональна и деликатна.

Она уже давно сделала пусть жестокий, но однозначный выбор, предпочтя сцену семье и домашнему уюту, ведь Патрисия никогда не была замужем и у нее нет детей. И этот ее выбор, даже если он не всегда приносит счастье, достоин уважения, потому что с первого взгляда понятно, что Патрисия Каас отдает себя своей публике без остатка.

Вы много раз бывали в России, и вас многое связывает с нашей страной. Что изменилось с вашего первого визита?
Москва изменилась очень сильно — в лучшую сторону. И когда я гастролирую по провинциальным городам, то вижу колоссальное различие с Москвой. Например, в некоторых городах нет нормальных продуктов и ресторанов. В России, к сожалению, существует большой разрыв между богатыми и бедными.
Что в России стало для вас родным за это время?
Здесь живут верные мне люди, тут много любви. Россия — очень красивая страна, в которой я чувствую себя нужной моим поклонникам. Я рада, что интересна слушателям разных поколений. Кроме того, мне нравится российская архитектура, и, что особенно приятно, Москва в этот раз радует просто сказочной зимней погодой. Столько снега я давно не видела!
Чего вы до сих пор не можете понять в нашей стране?
Слишком много правил. Куда ни посмотри, везде есть свои распорядки, всюду охрана, милиционеры. Я часто выступаю в Кремлевском дворце, так туда без паспорта вообще нельзя войти! Это неудобно и создает довольно гнетущую атмосферу.
Раз уж мы заговорили о том, как у нас тут, в России, все устроено, то расскажу немного о себе. Я провела все детство в Петербурге, и мой папа, мэр города, был большим вашим поклонником. У него на рабочем столе даже стояли две рамочки с фотографиями: на одной из них он с вами, а на другой — с Клаудией Шиффер. Он мне рассказывал, какой у вас с ним был потрясающий ужин в Петербурге.
Наверное, вашему папе нравились блондинки с голубыми глазами… (Улыбается.)
Как вам работается в России?
Есть некоторые неудобства, не без этого, конечно. В основном они связаны с тем, что все достаточно непредсказуемо и часто меняется. Особенно на телевидении: очень редко съемки начинаются вовремя. Но все-таки приятно петь для русской публики: в отличие от французов русские не стесняются в проявлении своих чувств, они подпевают и, если им хочется танцевать, они танцуют в проходах.
Скажите, появились ли у вас любимые места в Москве? Вы рассказывали, что купили футболку в ЦУМе… Что вы делаете в Москве, куда ходите?
Обычно у меня очень мало свободного времени на гастролях, и я редко куда выхожу. А если и получается выбраться в город, то я, как правило, иду в ресторан. Например, в Baccarat или Vogue Cafe. В ресторан «Кафе Пушкинъ» люблю ходить — там такая атмосфера царской России, которая мне очень импонирует. Люблю Красную площадь...
Появились ли у вас какие-то привычки или особые ритуалы? Например, когда я бываю в Париже, то обязательно прогуливаюсь по улочкам и покупаю специальный французский шоколад. А что делаете вы? Ну не знаю, например, пьете водку?
Ох нет, у меня с водкой отношения не сложились. (Смеется.) В России принято пить рюмку за рюмкой, я так не могу. А когда я отказываюсь, люди почему-то обижаются. (Смеется.) Мои первые воспоминания о вашей стране как раз связаны с тем, что я впервые попробовала водку.
Но все же какое самое яркое впечатление связано у вас с Россией?
Было очень много ярких моментов... Трудно ответить на этот вопрос, ведь я так часто здесь бываю. Хотя нет, я помню одну женщину, которая выиграла по радио встречу со мной. Я была приглашена на ужин к ней домой. Как сейчас помню, мы зашли в скромный маленький дом, на столе стояли национальные блюда, и обстановка напоминала старую рождественскую сказку. После ужина мне подарили игрушечного плюшевого медведя. Та женщина рассказала мне, что этого медведя ей подарили, когда она была маленькой, и все это время он ее оберегал. Я никогда этого не забуду!
Вас называют настоящей карьеристкой, ведь ради карьеры вы не раз жертвовали личной жизнью. Нет ли у вас ощущения, что вы упустили что-то важное?
Нет. Мне немного за сорок, и все еще впереди. Хотя кто знает? Может, когда мне исполнится шестьдесят, я о чем-то и пожалею... Приходя домой, я часто задаю себе вопрос: чего я достигла в этой жизни, кроме того, что стала певицей? Но повторюсь: пока я ни о чем не жалею.
Но вы поняли, в чем смысл вашей жизни?
Возможно, у меня не сложилась личная жизнь, но той любви, которую я получаю от зрителей, мне хватает. Любовь зрителей дарит мне ощущение, что я кому-то нужна. Правда, когда я думаю о Майкле Джексоне, который всю жизнь посвятил карьере и был очень одинок, я понимаю, что сцена — это не самое главное. Но таков мой выбор…
Вы счастливы?
Видимо, я отношусь к тому типу людей, которые отдают, а не берут. На самом деле не так все мрачно. У меня очень интересная жизнь, вокруг много людей, которые мной дорожат. Мне не нужны роскошные вещи — мне вполне хватает самого необходимого. После концерта меня зовут в дорогие рестораны или на закрытые мероприятия, но больше всего мне хочется просто полежать в своей кровати. Я женщина и не лишена обычных женских слабостей. Я смеюсь без причины и могу ни с того ни с сего заплакать. Я обычный человек!
У вас очень трогательные отношения с вашей собакой, которую вам подарил Клод Лелуш. Говорят, что избыточная любовь к животным — это такая сублимация любви к ребенку.
Вы правы, я обожаю свою собачку Текилу, я с ней разговариваю, я о ней забочусь.
Не жалели ли вы о том, что так и не родили ребенка?
Естественно, как и любая женщина, я задумываюсь об этом. Для того чтобы родить ребенка, нужно выбрать правильный момент. Рядом должен быть любящий мужчина… У меня с этим пока не сложилось, что ж поделаешь. Возможно, все еще впереди…
А вы не думали завести ребенка без мужчины? То есть для себя?
Такой вариант тоже возможен. Понимаете, когда встречаешься с мужчиной, никогда не знаешь, чем закончится ваш роман. Мужчины меня часто обвиняли в том, что я слишком много времени уделяю своей карьере. Прямо так и спрашивали: кто твоя настоящая любовь — я или сцена?
И вы всегда, конечно же, выбирали сцену?
Да, ведь публика меня никогда не обманывала… Хотя, возможно, я еще не встретила мужчину своей мечты. Сцене я посвятила более двадцати лет, и, когда в моей жизни появляется человек, требующий, чтобы я пожертвовала всем, чего я достигла, ради него одного, я этого не приемлю. Это не значит, что я не готова идти на компромиссы, но порвать с музыкой — нет!

ПОЛНОЕ ИНТЕРВЬЮ ЧИТАЙТЕ В ПЕЧАТНОЙ ВЕРСИИ ЖУРНАЛА ОК!

Выпуск № 09 (173) 2010